– Я не совсем об этом говорю… Но я пока не могу всего объяснить тебе. Как твоя соседка? – резко поменял он тему. Вот так всегда. Подкинет мне новую тайну, ублажит маленькой косточкой, как голодную собачку, но потом хлоп – и собака понимает, что косточка-то пластиковая. Пустышка. Сколько ее ни грызи, она не уменьшается в размерах и никаких питательных элементов тебе не дает.
– Не знаю. Молчаливая.
– Как и ты…
– Я? – удивилась я. – Да вроде бы нет. Во всяком случай с тобой. А если я предпочитаю помалкивать, это оттого, что человек мне неинтересен или попросту глуп.
– Хм, значит, я тебе интересен?
– Нет, ты просто не глуп, – отшутилась я.
Влад скривился, сделав вид, что я его глубоко ранила в сердце, и мы посмеялись. Родная общага появилась перед нами неожиданно, и я даже взгрустнула, что мы так быстро пришли. Но я не стала приглашать Влада домой, и мы расстались на крыльце.
Зайдя в свою комнату, я первым делом бросила взгляд на статуэтку. Не знаю, что ищут те, кто пытается попасть сюда. Шкатулку мы проверили. Остальных вещей Ани все равно здесь нет. Кроме загубленных растений, конечно. Остается она…
Я взяла подарок и нажала на неприметную кнопку. Ящичек выдвинулся вперед. В нем оказались контрацептивы и смятая пятитысячная. Ну да, улов так себе. Не стали бы из-за этого бить мою бедную соседку по голове. Тогда что?
– Я все это выдумала, вот что.
Приблизившись к подоконнику, я заметила, что цветы еще больше потемнели. Некоторые побеги стали черными, как и вода в бутылке. Нужно навести порядок. Я сначала вылила воду в раковину, затем принялась за горшки. По одному таскать их на помойку долго, и я поискала в общих помещениях хоть какие-то коробки. Столкнувшись с Мишкой в коридоре, спросила у него сперва, как прошла защита курсовой, а затем уже пристала с коробками.
Михаил развил бурную деятельность и отыскал мне даже какой-то ящик. Вместе с ящиком мы вернулись в мою комнату и убедились, что все четыре горшка отлично сюда вписываются. Мишка вызвался помочь выбросить, но мне было неудобно напрягать человека. Ящик было удобно держать за боковые доски, таким образом я и вынесла его из здания. Возле помойки ко мне пристал какой-то полувменяемый бомж.
– Вижу свет у тебя за правым плечом, – с благоговейным трепетом бормотал он, показывая на меня пальцем, – а тьму за левым…
– Ну знаете, так у меня еще никто на бутылку не вымогал! – поразилась я. – Дайте пройти! – потому что грязный вонючий мужик в рваном тряпье встал у меня на пути.
– Тьма побеждает! Побежда-ает!!
– О господи! – я полезла в карман в надежде найти там парочку десятирублевых монет и дать этому придурку, чтобы он побежал в магазин и остальное клянчил уже там, однако ящик не желал балансировать на одной руке и упал на землю. Горшки выскочили еще в полете и разбились. – Посмотрите, что вы наделали! – возмутилась я. Мало мне приключений в жизни, теперь еще и собирать осколки голыми руками и доносить до баков.
– А-а! – вдруг перевел грязный палец бомжара с меня на что-то блестящее на земле. – Мое-о!
– Ну уж нет!
Мне повезло, что мужика от переизбытка адреналина разбил радикулит, он согнулся пополам и странно крякнул, стоная и держась за поясницу, это позволило мне первой добраться до предмета, который до сего момента покоился в земле в одном из горшков.
Мама миа! Это оказалось золотое кольцо, правильнее сказать – перстень. Толстый с огромным овальным красным камнем, возможно, рубином.
«У нас есть фамильная реликвия», – вспомнились мне слова Влада. Может это оказаться его кольцо? Вдруг он именно его ищет? И откуда-то знает, что оно спрятано в моей комнате? И именно поэтому он… Он…
– Деточка, – вдруг совершенно нормальным голосом заговорил мужик, потихоньку разгибаясь, – тьма-то победила! Вон ты плачешь уже!
– Ничего и не победила! – зло ответила я. – Мы еще посмотрим, кто кого!
– Отдай мне колечко-то! Оно беду несет. И смерть.
– Иди в пень! – не выдержала я и вернулась в общагу, спрятав кольцо в кармане джинсовой юбки.
В общей душевой я не хотела его отмывать, чтобы не нарваться на любопытство соседей и их вопросы, и пошла к себе. Соседки все еще не было, это позволило мне спокойно оттереть влажными салфетками найденное сокровище и поднести к свету, чтобы получше рассмотреть.