– Не хочет и не надо, – вдруг сказал Мишка, – обойдемся без нее.
В итоге мы трое коснулись планшетки.
– Дух, ответь! Ты здесь?
Стрелка метнулась на слово «Hello», да так стремительно, что наши пальцы едва не соскользнули с гладкого пластика. Мы с Мишей посмотрели друг на друга в ужасе, но рук не убрали. Алина сидела ни жива ни мертва. И лишь Верка себя ощущала как рыба в воде. Как часто она, будучи малолеткой, проводила эти сеансы с одноклассницами? Почему родители допускали это? Впрочем, учитывая, что у нее только мать, у которой двое детей, и старший вор-карманник, понятно, что ей было не до чего. Прокормить себя и дочь. А может, она вообще алкоголичка.
– Дух, ответь. Как тебя зовут? – продолжала тем временем допрос незримых гостей Верка.
Планшетка вновь заплясала по доске, мы еле ее удерживали трое. Вышло что-то вроде «АNАN».
– Это что такое? – полушепотом спросил Миша, у которого внезапно побелели губы. Видимо, от страха.
– Духи, – ответила всезнающая Вера, – часто отвечают анаграммой.
– Анна, – прочитала я.
– Да!
Стрелка снова пришла в движение, хотя никто из нас не задавал вроде бы никаких вопросов.
«No».
– Ты не душа Анны Сергеевны Стародубцевой? – уточнила Вера.
Планшетка дернулась на пустое место, затем вернулась на английское «нет».
– Зачем ты спрашиваешь через отрицание? – возмутилась Алинка, возомнив себя филологом. – Как оно должно отвечать?
– Если умная такая, сама спрашивай!
Алинка набрала в грудь побольше воздуха, это было видно по раздувшимся ноздрям, и тоже схватилась за указатель.
– Ты Анна Сергеевна Стародубцева, да или нет?
«No».
– Давайте прекращать, – горячо зашептала нам Алина, не убирая руки с планшетки. – Это уже становится небезопасно…
Указатель задергался. Мы только и успевали фиксировать. STOP… WHEN… I… SAY.
– Что?! – донеслось с трех сторон.
– Закончим, когда я скажу, – перевела я.
– Да мы поняли, Зимина! – раскричался обычно спокойный Мишка. – На хрена вы втравили меня в это?!
Вера решила воспользоваться ситуацией и все-таки получить необходимые ответы:
– Скажи, дух… Анан, или как там тебя… Аня выкарабкается?
Стрелка постояла некоторое время, мы уж понадеялись, что дух (или кто это вообще) ушел, но нет – она приехала на слово «No».
Тут уже и я ахнула. Не ожидала от себя, если честно. Но даже видение цвета воды не вызывает таких эмоций, поверьте мне. Это было чертовски страшно.
– Есть ответы в этой комнате? – стала спрашивать Верка уже какую-то ерунду. Она, похоже, сбрендила. – Где?
Дух на этот раз был крайне разговорчив.
I KNOW BUT I WON’T TELL…
«Я знаю, но не скажу».
Вера поняла это.
– Но почему?
– Верка, – громким шепотом взывала Алина к мозгу подруги, – надо заканчивать!
Но вопрос, который задала Вера, не показался демону (уже предполагаю, что это не просто какой-то там дух) риторическим, и он добросовестно отвечал, а мы знай себе следили глазами за движением планшетки.
CAUSE IT NOT FUN TELL.
– С ошибками отвечает, – констатировала я.
Миша предположил:
– Может, он выдохся уже и получится его спровадить?
– Что? – бубнила Вера, виновница торжества, себе под нос недоуменно. – Ему невесело отвечать? Я ведь правильно поняла ответ? Но почему?
– Потому что, – встряла я, – ему весело нас мучить. Заканчиваем! Это моя спальня, мне принимать это решение.
– Хорошо, – Вера совсем поникла и отвечала очень тихо. – Прощайся.
– Я не знаю как, я же в первый раз!
Здесь подключилась Алина, видя, что Вера совсем уже поплыла.
– Дух, который общается с нами, мы благодарим тебя и просим покинуть нас. Прощай. – Уже нам: – Все говорите «прощай»!
– Прощай! – хором сказали мы.
Указатель долго стоял. Потом… «No».
У меня мурашки прошлись по всему телу.
– Еще раз, – подсказала Вера.
– Прощай! – опять хором сказали мы.