– Прости, я тогда не поняла, что это намек на твои измены!
– Это не измены, еще раз говорю тебе! Ты должна была знать об этом уже! Если бы не трусила и не отталкивала Смерть и не зарывала свой дар! Если мы все трое жрецы, то мы должны принимать правила игры.
– Что-то ты легко смирился. Я и говорю, что ты лицемер. То утверждаешь, что меня тебе показали, то что якобы сам…
– Да не якобы! – и, не дав мне закончить мысль, Влад неожиданно притянул меня к себе.
Он успел меня поцеловать, но я вырвалась и залепила ему пощечину. Странно, когда это показывают в фильмах, это выглядит потрясающе. Чувствуешь сразу гордость за героиню. Внутренняя феминистка аплодирует стоя. Но в реальности я совершенно ничего не ощутила, кроме разве что чувства нелепости данной ситуации. С одной стороны, хочется извиниться, ведь ты фактически ударил человека, а с другой, ты понимаешь, что шлепнул его по щеке за дело и бред какой-то теперь просить прощения.
– Ясно. Я все понял. А жаль. Потому что строить свою личную жизнь, как ты выражаешься, я хотел только с тобой.
– Ага, хотел со мной, а целуешься с другой!
Я все-таки разревелась. Он сделал попытку прижать меня к себе, но я треснула его теперь еще и по руке.
– Она про нас знает? – спросила я сквозь слезы.
Он кивнул.
– Она знала все с самого начала. Она ведь жрица, как и я. И как теперь ты, надо полагать. У нее тоже способности. Она видит ауру каждого человека и животного.
– Добро пожаловать на «Битву экстрасенсов»! – со злостью проговорила я. – Мара мне сказала, что только один человек в семье имеет способности, кстати. А у Лады они тоже есть.
– Откуда ты знаешь? – с интересом спросил Влад. Я подумала-подумала да решилась рассказать, как следила за ней. Мне плевать теперь, что он обо мне подумает. Почему-то его это позабавило. – Представить мою милую тетушку в роли наемного убийцы – это надо очень постараться, конечно. Но ты не поняла, что сказала тебе Мара. Дар передается через поколение чаще всего, как я уже говорил тебе. Вот и Вите передался от ее бабушки, которая тоже поклонялась Живе, богине жизни. Кстати, Вита в переводе «жизнь». А Ладе – от ее бабушки, прабабушки Виты соответственно. Они служат разным богиням, это не связано между собой, поэтому обе имеют дар.
– Какие они все талантливые в твоем новом семействе!
– Да, наверно, поэтому с Витой у меня не было таких проблем, как с тобой… – Влад заметил мой взгляд и осекся, а затем кинулся оправдываться, вспомнив, что садовые звери не так далеко и при желании я могу и сбегать на улицу за ними. – Я в том смысле, что она проще к этому относится, привычная.
– И ее это все устраивает? В смысле то, что ты должен быть еще и со мной? – не могла я поверить, что девочка с длинной русой косой, старомодно уложенной сегодня вокруг головы, носящая исключительно платья и сарафаны с цветочными мотивами, такая в итоге оказалась современная.
А я нет.
– Я же говорю, нас не спрашивают. Ты же не хочешь лишиться силы? Мы должны играть по правилам, созданным богами.
– Они напрямую тебе сказали, что твою силу отберут?
– Нет. Но чем ближе ты к образу, мышлению и жизнеописанию выбранного бога, тем больше у тебя силы. У нас с Витой так совпало, что мы еще и родственники. Все как у настоящих Даждьбога и Живы. Только они родные брат с сестрой, как и Мара, собственно. Все трое дети Лады и Сварога.
– Что хорошо для мифологии, то не обязательно хорошо для жизни. Вспомни хоть Древнегреческую мифологию. Кронос и Рея, родители Зевса, были братом и сестрой, как и другая пара – Тефида и Океан… Сам Зевс женат на своей сестре Гере. Для богов это ерунда, там у них Афродита вообще из пены родилась. Но в нашем мире это неправильно, пойми. На вас все равно будут косо смотреть!
Я подумала, что это прозвучало так, будто я уговариваю его быть со мной, а не с ней, и сморщилась. Я уже ничего не хотела.