«Я научу тебя. Я научу тебя использовать мой дар».
И тут во мне наконец вспыхнуло озарение. Вполне вероятно, что у меня был его дар! И это его чувства отражались во мне!
«Господи, и почему я сразу не догадалась-то?!» — прикрыв глаза рукой, я даже рассмеялась.
Джаспер… эмпат, с которым у меня вечные перепалки, острые, как бритва. И вдруг — капитуляция, у меня? Мы же катастрофически несовместимы. Он — эмпат, воплощение ходячего эталона сдержанности; возможно, обманчивой, но весьма искусной. Я — социопат, спусковой крючок грёбаной двухстволки или, проще говоря, Ханна, любящая играть в русскую рулетку с собственным отражением. Мне стоило отталкиваться от этого, а не от способности что-то почувствовать!
Солнце всё же решило показаться, как и предвещала Элис. Сквозь плотную пелену облаков пробился тонкий луч яркого света. Сначала робкий, неуверенный — он словно ощупывал землю в поисках меня. А потом будто осмелел и ударил прямо в лицо. Я зажмурилась, но не отвернулась. Мне было интересно. Я села на снег и подтянула к себе колени, подставляя руки солнцу. И вот оно началось. Сначала лёгкое мерцание, словно иней на ресницах, заигравший всеми цветами радуги. Потом кожа стала излучать мягкий, рассеянный свет. Я видела, как снег вокруг меня окрашивается в призрачные оттенки розового, голубого и зелёного. Это было красиво, даже завораживающе, но не так, как я представляла.
Я не превратилась в дискотечный шар, не ослепляла, не пугала птиц. Моё свечение было тихим, деликатным, почти волшебным — как пыльца феи из мультика. Скорее похоже на северное сияние, отражённое в капле воды — что-то эфемерное и хрупкое. Разочарована ли я? Пожалуй, нет. Скорее — удивлена. Я ожидала вульгарного блеска, кричащей демонстрации своей инаковости, а получила… спокойную, тихую красоту.
Я услышала хруст снега и резко обернулась, чтобы посмотреть, кто нарушил моё уединение. Похоже, я была очень увлечена не только своими мыслями, но и созерцанием, так что не заметила приближающегося Джаспера. Я почти научилась игнорировать свой вечный ступор перед ним… Ладно — не совсем научилась, но определённо делаю успехи. Однако солнце коснулось и его, и вся моя былая сноровка канула в Лету.
Джаспер стоял, словно высеченный из камня, на фоне заснеженных просторов позади. Солнце касалось его лица, высвечивая острые скулы и твёрдый подбородок. Даже сейчас, в этой умиротворяющей обстановке, он был собран, насторожен, а может, и… впечатлён? Потому что смотрел на меня и опять не моргал. Его кожа тоже светилась, но мне показалось, что иначе, чем моя — более интенсивно, словно в нём горел внутренний огонь. Мой взгляд невольно зацепился за его глаза - они тоже светились, но мягче, теплее. Непривычно.
Мне стоило бы отвернуться и перестать глазеть на него, но этот призрак южной аристократии на побережье Барроу слишком завораживающе необычен. Его золотистые волосы слегка растрепались на ветру, и такой беспорядок ему шёл гораздо больше. Я хоть и бесчувственная социопатка, но с горечью признаю: Хейл действительно красив.
— Чего стоишь? — выпалила я нарочито грубо, стараясь сгладить тот факт, что только что пялилась на него минуты три, как минимум.
Джаспер чуть заметно улыбнулся, и этот едва уловимый жест заставил меня почувствовать себя ещё глупее. Он подошёл ближе, и я невольно напряглась. Расстояние между нами сократилось до смутного приличия, когда он присел рядом на корточки. Вроде хочется отодвинуться — но нет, не получается. Магнетизм в деле, чёрт возьми.
— Просто наблюдал, — спокойно ответил он, не сводя с меня глаз. — Твоё свечение… оно необычное. Умиротворяющее.
Я дёргано хмыкнула, стараясь не выдать, как меня задели его слова. И, к сожалению, вовсе не в плохом смысле. «Умиротворяющее, значит? У социопатки? Этот мир явно сошел с ума — или только я?» Я слишком долго молчала, хотя уже десять раз должна была сказать что-то колкое. Из-за этого он ухмыльнулся сильнее, чуть приподняв бровь. Из-за этого я вспомнила, что иногда надо моргать.
— Ты соблазнять меня пришёл, Хейл? — отвернувшись, спросила я, прикрывая свой ступор дерзостью. Так всегда было проще. — Если нет — то проваливай. Я отдыхаю.
Джаспер тихо рассмеялся, и этот звук прошёлся по моим нервам лёгкой дрожью. Он не ответил сразу, словно обдумывал мои слова.