Микки хмыкнула:
— Ну да, ничего особенного. Только половину моей шоколадки выпросила!
Кора толкнула ее локтем в бок, но было уже поздно. Шоколадка за информацию. Прекрасная сделка, что сказать
— Ладно, девочки, спасибо за информацию, — устало произнесла я, глядя на этих бестолковых куриц. — Теперь идите спать, пока вас не застукали отсутствующими в комнатах. И в следующий раз, пожалуйста, думайте, прежде чем что-то говорить кому-либо. Особенно Эдварду Каллену.
— Я тебе завидую, Ханна. Была бы я на твоём месте, я бы тут заискрилась! Вытащи свою красивую мордашку из учебников и посмотри уже, наконец, на парней, — выдала Кора, из-за чего меня затошнило.
— Всё сказала? А теперь кыш из моей комнаты, — улыбку пришлось все же нацепить.
— Завтра пятница, — начала Микки. — У Бена будет вечеринка, пойдёшь?
— Нет, — отрезала я, не желая даже обсуждать эту перспективу. Вечеринка. Отличный шанс напиться до беспамятства и забыть о своих проблемах. Но нет, спасибо. Я предпочитаю оставаться в здравом уме и трезвой памяти, хотя бы в этой жизни.
Девочки переглянулись. Очевидно, надеялись на другой ответ.
— Ну Ханна! Там будет весело! — запротестовала Кора. — Все идут!
— Тем лучше для всех, — парировала я. — Меньше народу — больше кислороду.
Кора вздохнула.
— Ты такая зануда, — пробурчала она. — Ну хоть ради приличия могла бы сделать вид, что тебе интересно.
А вот это зацепило моего внутреннего социопата.
— Приличия? — усмехнулась я. — Кора, мы знакомы от силы неделю. У тебя еще будет пять лет, чтобы оценить мою беспросветную скучность, если вас, конечно, не отчислят за пьянство раньше.
И тут я посмотрела на девочек со стороны. Им по восемнадцать, учеба на втором, а то и на третьем плане. На первом неизменно — мальчики. Влюблённость, тяга к приключением и сказке. Все девочки такие в этом возрасте?
— Я подумаю, — сказала я, насильно выпроваживая взбалмошных девиц.
Они пробормотали что-то в ответ, похрюкивая и поспешили покинуть комнату, оставив меня наедине со своими мыслями.
Я снова открыла свой «Дневник выживания». Пальцы плотно прижали ручку к бумаге, фиксируя все детали произошедшего: Эдвард, Кора, Микки, вечеринка у Бена. Чтобы вспомнить кто такой Бен, пришлось поднапрячь мозги. И если мне не изменяет память это вполне себе красивый мальчишка. «А что если мне действительно обзавестись личной жизнью? Секс ведь никто не отменял», — подумала я, захлопнув дневник и пряча его под матрасом. «Чёрт, мне же всего шестнадцать, хотя технически… да и в прошлой жизни я не особо-то хранила своё целомудрие… Плохая Ханна, плохая», — подоткнув подушку под локоть, я отгоняла от себя подобные мысли подальше.
Глава 5. Во всём виноват виски.
Утром я проснулась не от будильника, а от упрямого осеннего луча солнца, режущего мои бедные глаза. И несмотря на то, что я походила на злобное пугало, я восприняла такую погоду со снисхождением ко мне кем-то там свыше. Принимая сидячее положение и всё ещё щурясь заспанными глазами, я припомнила, что мои дорогие Каллены избегают прямых солнечных лучей. Их бриллиантовая кожа, если верить книжке, превращается в диско шар. Будем верить и надеяться, что сегодня мне не придётся отбиваться от их попыток со мной заговорить. Встала я с кровати медленно, потягиваясь, как старая кошка. Из прошлой моей жизни мне не хватало не так уж и много вещей. Но это кофемашина… О, Боги, она была великолепна…
На моём телефоне висел один пропущенный звонок от Анны. Я и забыла, когда последний раз им звонила. Надо бы исправлять ситуацию, а то испорчу образ «любимой» дочери. Я набрала её номер, и после пары гудков услышала её бодрый голос. Пришлось изображать сонную принцессу, чтобы не вызвать подозрений. Разговор был коротким и бессмысленным. Как погода? Как здоровье? Не нужна ли помощь? Стандартный набор вопросов и ответов, после которых остаётся ощущение, будто отбыла повинность. Закончив разговор на ноте «мне пора на пары», я положила трубку после безвкусных слов «я тоже тебя люблю». Надо признать, роль идеальной дочери я исполняю лучше всех в кинематографе.
Наспех одевшись, замазав синяки под глазами тоналкой, я была готова к учебному дню. Вот как почти месяц прошёл моей студенческой жизни. Ни одного прогула, ни одного замечания, ни единой плохой отметки. Мои родители из прошлой жизни наверняка бы вызвали экзорциста.
Перед выходом я бросила взгляд на кровать Беллы — идеально заправлена. «И какой был смысл заселяться в общежитие?»