Когда пришло время прощаться, он хотел поцеловать меня, но я остановила его, прикоснувшись пальцами к его губам — с чего это вдруг, ещё и при посторонних? Однако он нежно взял мою руку и всё-таки поцеловал меня на глазах у Розали и Эммета. В этот миг меня словно пронзило током, и я ощутила легкую дрожь. Джаспер наклонился к моему уху и прошептал: «Это смущение». Его слова, доступные не только мне, лишь усилили разгорающееся внутри чувство. Мне потребовалось немало усилий, чтобы сохранить невозмутимость на лице.
Шел уже третий день, и он должен был вернуться совсем скоро. Сначала я даже не осознавала, что скучаю. Эта тоска грызла меня изнутри — впервые я сознательно погрузилась в это мучительное состояние, но удовольствия в нём было мало. Скорее, это изматывало. Мысли о Джасперe заполнили мой ум; я перебирала в памяти все наши общие воспоминания. Фантомные касания будоражили моё воображение, вызывая ненасытное желание вновь ощутить их в реальности. И всё это время тянулось бесконечно. Ожидание будто парализовало меня, лишая возможности сосредоточиться на чем-либо, кроме мыслей о нём. Я бродила по домику, как тень, стараясь избегать общения с Розали и Эмметом. Если блондинка разделяла мои чувства, то с её здоровяком дело обстояло сложнее. Его неугомонный нрав, громкий голос и постоянная активность порой просто раздражали.
Убежище я нашла на ветвях старой сосны. В спокойные дни я взбиралась на дерево и устраивалась на толстом суку с книгой в руках. Но, как правило, не проходило и десяти минут, как буквы начинали танцевать перед моими глазами, не оставаясь в сознании.
Я беспрестанно бросала взгляды на свой мобильный, наивно полагая, что это как-то ускорит долгожданный звонок от Джаспера. Тем не менее все эти три дня телефон оставался непреклонно молчаливым. Ни единого сообщения, ни малейшего намека на вызов. Это одновременно злило и вселяло тревогу. Позвонить самой? Здесь какое-то внутреннее препятствие душило меня — глупая гордость подталкивала к бездействию. Я пыталась написать ему несколько раз, и каждый текст отличался от предыдущего: то сухое «Как ты?», то недовольное «Где ты?», порой проскальзывали злобные обвинения. В последний раз я долго смотрела на «Я скучаю». Поддавшись порыву, бросила телефон в кожаную сумку, чтобы не искушать себя этой глупостью.
— Эй, где твой телефон? — грубо выкрикнула Розали, находясь где-то внизу, у подножия дерева.
Её голос вернул меня в реальность. Убрав книгу, которой прикрывала лицо, я посмотрела на сердитую блондинку. За всё это время это было первое обращение ко мне с её стороны — пусть и в такой фамильярной манере, но всё же прогресс. Розали держала в руках свой смартфон. Это означало только одно: Джаспер наконец-то соблаговолил позвонить. Все клетки в моем теле синхронно среагировали, стремясь сбросить меня с ветки к ней, но я уперлась. Упрямо, с детской демонстративностью отвернулась и вновь углубилась в прочтение уже выученного вдоль и поперёк текста.
— Та-ак, — протянула Розали в трубку. — Я тебе не секретарь, Джаспер.
Мгновение спустя блондинка уже сидела рядом со мной на ветке. Она сунула мне свой мобильник в руку, слегка сжав её.
— Это мой телефон. Вернёшь в целости и сохранности, — прошипела она, соскочив обратно.
Я взглянула на экран и увидела активный вызов. Имя «Джаспер» вызвало во мне смятение — то ли стон, то ли всхлип вырвался из груди. Наконец, сделав глубокий вдох, я поднесла телефон к уху.
— Какая же ты упрямая, Ханна, — произнес его голос, и я закрыла глаза, наслаждаясь звучанием.
— Сам виноват, — прошептала я в ответ, но в моём тоне не было злости, лишь каприз. — Ты три дня в бункере провёл?
Он усмехнулся в ответ. И вся моя злость волшебным образом испарилась.
— Я ждал твоего первого шага, хотя бы сообщения, — признался он. — Совсем не скучаешь?
— Нет, вполне неплохо провожу без тебя время, — попыталась убедить его, но была уверена, что он почувствовал, как блефую.
— Неправда, — мягко произнес он. — Я тоже скучаю, Ханна.
Я не была уверена, работает ли его дар по телефону, но почти физически ощущала волну его тоски или это была только моя? Судорожно выдохнув, я попыталась собраться и спросила:
— Ты нашёл свою потеряшку?
— С Элис всё хорошо, — ответил он довольно сухо, и я решила не настаивать на расспросах дальше.