Выбрать главу

— Мы ничего не сделали, — наконец произнесла она холодно. — Это… сложная и долгая история.

— Думаю, время найдётся, — я не собиралась отступать. — Я должна понимать, почему Вольтури так настроены против вас. К тому же, как я поняла, они действительно отслеживали каждый ваш шаг, раз узнали про меня. А я, на минуточку, без году неделя, как стала вампиром.

Эммет бросил взгляд на Розали, снова обмениваясь с ней этим молчаливым взглядом.

— Дело в Белле, — выдал он, и Розали метнула в него предупреждающий взгляд, который он проигнорировал. — Вернее, в том, что было с Беллой несколько лет назад.

— Я могла бы и догадаться, — прошептала я, усаживаясь на диван нормально. — Это из-за того, что она стала вампиром?

— Не совсем, — Розали скрестила руки на груди, и её голос стал жёстче. — Скорее из-за того, что она слишком долго оставалась человеком, зная о нашем существовании.

— Эдвард влюбился в неё, когда она была обычной школьницей, — продолжил Эммет, потирая затылок. — А она догадалась, кто мы, что мы… и всё. По законам Вольтури, люди не должны знать о вампирах. Либо превращай, либо убивай. Третьего не дано.

Я моргнула, переваривая информацию и сопоставляя её с той книгой, которую читала. Белла действительно была упряма и напориста.

— Но её же превратили в итоге?

— Да, но не сразу, — Розали отвернулась к окну. — Прошли годы. Эдвард женился на ней, пока она ещё была человеком. А Вольтури… они узнали о её существовании раньше, чем она стала одной из нас.

— Был момент… — тихо начал Эммет. — Короче, мы едва убедили их дать Белле ещё время.

Ашер, который до этого момента молча слушал, вмешался:

— Насколько я знаю эту историю, дело было не только в человеческой девушке, знающей о вампирах. — Он посмотрел на Розали с каким-то странным выражением. — Там ведь была ещё одна… осложняющая деталь.

Розали резко обернулась, её золотые глаза сверкнули.

— Ренесми — не твоё дело, — прорычала она.

— Ренесми? — переспросила я, смутно припоминая это имя, прозвучавшее от Беллы когда-то. — Кто это?

Повисла тяжёлая тишина. Эммет сжал плечо Розали, явно пытаясь её успокоить.

— Дочь Беллы и Эдварда, — наконец произнёс он. — Она… особенная…

— Дочь?! — я вскочила с дивана. — Вампиры могут иметь детей?!

— Нет, — отрезала Розали. — Вампиры не могут. Но Эдвард смог, когда Белла ещё была человеком.

Моё мёртвое сердце, казалось, пропустило удар, хотя это было физически невозможно. Я с минуту точно смотрела на Розали и Эммета, переваривая услышанное. Мои брови просто зависли в приподнятом состоянии.

— То есть вы хотите сказать, что у них родился полувампир-получеловек, серьёзно? Боже… как это… уму не постижимо!

— Она бессмертная, — пояснил Эммет. — Или почти. Она росла быстрее обычного ребёнка, но потом рост остановился. С виду ей семнадцать лет, так и останется уже. А ещё у неё прикольный дар — она может показывать людям свои мысли прикосновением.

Его радости я не разделяла, только больше погружалась в какой-то транс, где не было места связанным мыслям.

— И Вольтури, полагаю, были в «восторге» от этой новости? — сарказм прорвался сам собой.

— Они хотели уничтожить её, — голос Розали дрожал от едва сдерживаемой ярости. — Обвинили нас в создании бессмертного ребёнка. Это один из самых строгих законов — нельзя превращать детей. Они неконтролируемы, опасны, могут раскрыть наше существование.

— Но Ренесми не была превращена, — добавил Эммет. — Она родилась такой. Нам пришлось собрать свидетелей со всего мира, доказывать, что она не представляет опасности.

— Тогда почему Вольтури до сих пор следят за вами?

Ашер усмехнулся, и в этом звуке не было ничего весёлого.

— Потому что Вольтури не прощают тех, кто заставил их отступить. А Каллены именно это и сделали — собрали достаточно союзников, чтобы Аро не рискнул начать бойню. Он отступил тогда, но ничего не забыл.

— И теперь они ищут любой повод, чтобы придраться к нам, — закончила Розали. — Любое нарушение, любую зацепку. Думаю, именно поэтому, когда они узнали о новообращённой вампирше на территории Аляски…

— Они решили проверить, не ваших ли это рук дело, — договорила я за неё.

— Именно, — кивнул Эммет. — Хорошо, что создателем оказался Ашер, а не кто-то из нас. Иначе это могло бы закончиться плохо.