Ситуация стремительно выходила из-под контроля. Ещё немного, и начнётся что-то страшное. А я… я была причиной всего этого, той самой идеальной причиной. Моё существование, мой дар, моя чёртова реинкарнация — всё это сейчас поставило под угрозу не только меня, но и Джаспера, Ашера, всех Калленов. Мысли вспыхивали и гасли, как молнии в грозовом небе, не оставляя ни единого выхода.
И вдруг решение — не моё — прозвучало оттуда, откуда его меньше всего ожидали.
— Ну что ты, Кайус, — Аро чуть поднял ладонь, как будто призывая к спокойствию. — Мы ведь прекрасно знаем, насколько искусен наш старый друг Карлайл в умении убеждать, — его голос был мягок, но в нём таился стальной подтекст.
Он вновь повернулся ко мне, улыбка стала почти доброжелательной, только глаза оставались хищно внимательными.
— А теперь, Ханна… — произнёс он ласково. — Я прошу лишь об одном. Погости у нас немного. Твой случай поистине исключителен. Я хотел бы изучить его ближе — возможно, даже задокументировать. Пойми, дитя, упустить подобную возможность я просто не имею права. — Он чуть склонил голову набок, и на лице вновь заиграла мягкая, почти человеческая улыбка. — Ну что скажешь? Примешь наше предложение?
Он сделал паузу, давая мне время переварить информацию.
— Ханна, — тихо позвал Джаспер. — Не соглашайся. Не нужно.
Я посмотрела на него. Лицо Джаспера было напряжено, словно вырезано из мрамора, но за этой неподвижностью бурлила ярость. В золотых глазах — решимость, стальная, незыблемая. Я видела — он был готов сражаться. Готов умереть, если понадобится. За меня. За безумную, пришелицу-новообращённую, которую знал меньше года.
И именно поэтому я не могла позволить ему это сделать. Если кто и должен был рискнуть — то это я. Остаться в Вольтерре на какое-то время… не худшее из зол. Да, Аро, вероятно, не отпустит меня без последствий, но сейчас нужно было выиграть время. А проблемы будем решать по мере их поступлений.
— Я соглашаюсь, — произнесла я, и услышала, как Джаспер резко втянул воздух, будто от удара. — На ваше предложение. Но всего на неделю. После этого я вернусь к… Калленам.
— Нет, — его голос сорвался на рычание. В следующее мгновение Джаспер резко развернул меня к себе, его руки легли на мои плечи. — Ханна, нет. Ты не понимаешь, на что соглашаешься! — его слова звучали низко, опасно, будто в них гудело сдерживаемое бешенство.
Я видела, как он сражается сам с собой — между разумом и первобытным инстинктом защитить. Он был готов броситься на Вольтури. Однако, другого выхода я не видела.
— Прекрасно! — воскликнул Аро, хлопнув в ладоши. — Я рад, что мы пришли к соглаше…
Он не успел закончить.
В следующее мгновение Джаспер шагнул вперёд — быстро, почти незаметно. В одно движение он оттеснил меня к Ашеру, заслоняя собой, вставая между мной и Вольтури.
— Нет, она не останется, — произнёс он твёрдо. Его плечи расправились, тело напряглось, будто в любую секунду он готов был… напасть?
— Джаспер… — Ашер удержал меня, сжав мои предплечья, не давая возможности продолжить.
Аро выпрямился. Его улыбка исчезла, сменившись выражением холодного превосходства.
— Что ж, — произнёс он тихо, с оттенком разочарования. — Я могу расценить это как восстание… Джейн, приведи нашего гостя в чувства.
Из тени вдоль стены выступила невысокая фигура — девочка на вид лет тринадцати, с ангельским личиком, обрамлённым светлыми волосами. Но её багровые глаза горели таким холодным садизмом, что любые ассоциации с ангелами мгновенно испарялись. Её взгляд скользнул по Джасперу, и губы девочки дрогнули, изогнувшись в жестокой, почти восторженной улыбке.
— С удовольствием, — произнесла она голосом, который звучал как звон разбитого стекла. — Боль.
И тогда это началось.
Джаспер застыл — как натянутая струна, готовая оборваться. Его тело содрогнулось, жилы на шее проступили под кожей, и я услышала, как будто воздух сам застонал от давления. На долю секунды я подумала, что на него не подействовало… но затем волна чужой боли ударила в зал, как раскат грома.
Он качнулся, стиснув зубы, и вперил взгляд в Джейн, собранный и хищный, полный сосредоточенной ярости.
Внезапно она сама дрогнула. Её глаза помутнели, губы исказились в мгновенной гримасе. Что-то изменилось — как будто на неё направили невидимую волну страха и боли. Она пошатнулась, но встряхнув головой, быстро восстановила контроль и уже со злобой насела на Джаспера, делая пару шагов вперёд.