Не вампир. Не человек. Не волк.
Нечто среднее. Нечто новое. Нечто ужасающее.
Ликан. Первый из своего рода. Он посмотрел на своё отражение в полированной поверхности алтаря и увидел зверя. Огромного, мощного, смертельного. Его первой реакцией был ужас. Его второй — восторг. Он был богом. Или достаточно близок к этому.
Жрец-ликан не стал скрываться. Напротив, он явился людям в своей новой форме. Он пришёл в храм во время службы, встал перед толпой верующих и объявил себя воплощением Анубиса. И люди поверили.
Как они могли не поверить? Перед ними стоял зверь на двух лапах, с головой шакала, излучающий силу и власть. Разве это не было доказательством божественности?
Они пали ниц. Они молились. Они приносили жертвы. Жрец-ликан упивался их поклонением. Но он понимал, что каждому богу нужна свита. Нужны слуги. Нужны те, кто будет исполнять его волю.
И он начал создавать их.
Укус ликана, как оказалось, мог передать проклятие. Или благословение — в зависимости от точки зрения. Он выбирал сильнейших воинов, самых преданных жрецов, самых красивых рабов. Он кусал их, впрыскивая свой яд в их кровь.
Перевоплощение было мучительным временем. Многие не выживали — их тела не могли выдержать изменений, разрывались изнутри. Но те, кто выживал, становились ликанами. Они были слабее своего создателя — первый всегда сильнейший — но всё равно невероятно могущественными. Они могли трансформироваться по его команде, служили его воле, исполняли его приказы.
Так родилась раса ликанов. Не естественным путём. Не как дар или проклятие богов. А как результат алчности и тщеславия одного существа, возжелавшего стать больше, чем он был.
Но, как это часто бывает с тиранами, жрец-ликан недооценил своих созданий.
Восстание
Годы шли. Десятилетия. Жрец-ликан правил своей тёмной империей, скрытой в тени официального Египта. Его ликаны служили ему, выполняли его приказы, распространяли его влияние.
Но даже если раб обладает сверхъестественной силой, он всё равно остаётся рабом. И рано или поздно такие восстают.
Детали восстания были утеряны. Записи Маркуса обрывались на самом интересном месте, как будто страницы были намеренно вырваны. Но результат был известен.
Ликаны восстали против своего создателя.
Битва была колоссальной. Жрец-ликан был сильнейшим из них, но их было много. Они атаковали координированно, используя всё, чему он сам их научил. Храм Анубиса превратился в поле боя, где звери в человеческих телах разрывали друг друга на части.
Когда всё закончилось, жрец-ликан был мёртв. Его тело было разорвано на куски, сожжено, развеяно по ветру. Ликаны убедились, что он не вернётся.
Они были свободны.
Но свобода пришла с ценой. Они знали, что мир не примет их. Вампиры увидят в них угрозу. Люди — монстров. Если о них узнают, начнётся новая битва.
Поэтому ликаны приняли решение. Они скроются. Растворятся в тенях. Будут жить среди людей, но не выделяться. Будут использовать свою силу только когда это абсолютно необходимо.
Они разошлись по миру. Некоторые остались в Египте, растворившись среди населения. Другие ушли в Европу, Азию, позже — в Америку. Они меняли имена, создавали новые личности, жили тихо и незаметно.
Столетия проходили. Тысячелетия. Ликаны становились легендой. Мифом. Историей, в которую мало кто верил.
Даже Вольтури, с их обширной сетью информаторов и тысячелетним опытом, знали о ликанах лишь из древних записей. Они не встречали их. Не сражались с ними. Не знали, существуют ли они вообще ещё.
Некоторые из старейших вампиров считали ликанов вымершими. Другие — просто легендой, которая никогда не была реальностью. Третьи верили, что они всё ещё где-то там, скрываясь в тенях, наблюдая и ожидая.
Но истина, как всегда, была сложнее любых предположений.
Ликаны существовали. Они не вымерли. Они не были просто легендой. Они жили среди людей, неотличимые от них в своей человеческой форме. Они учились, работали, любили, создавали семьи среди себе подобных.
Но те, кто знал, хранили секрет ревностно. Они передавали знания только своим детям, только самым доверенным. Они избегали вампиров, квилетов, любых сверхъестественных существ. Они жили тихо, не привлекая внимания.
Их число было невелико. Возможно, около полусотни по миру. Может, меньше. Они не создавали новых ликанов бездумно — укус мог передать проклятие, но риск был слишком велик. Слишком много внимания. Слишком много вопросов. И слишком многие не выживали.