— Мисс Хофер, мистер Хейл, догадываетесь, почему вы здесь?
— Нет, сэр, — поджала губы, услышав такой ответ от Хейла.
— Тогда поясню, — мистер Фокстон откинулся на спинку кожаного кресла и скрестил пальцы в замок. — Наш университет лучший во всём штате. И мне хотелось бы, чтобы так и было. В стенах любого заведения всегда будут ходить слухи, но те, что дошли до меня, повергают в шок. Я ничего не имею против ваших отношений, однако я вынужден попросить вас сдерживать свои желания на время, отведённое для обучения. Вы оба с блестящими оценками и, несомненно, с перспективным будущим, но если продолжите заниматься такими вещами… этого может и не случиться. Вы меня услышали?
Я захлопала ресницами, тщательно перебирая предыдущие дни. И что-то я не могла найти в складах своей памяти ничего «настолько шокирующего». Я бросила быстрый взгляд на Хейла, он, казалось, был невозмутим, словно слушал лекцию о вреде курения.
— Да, сэр, мы вас поняли, — ответил он, прежде чем я успела что-либо сказать.
— Мисс Хофер?
— Да, мистер Фокстон.
— Прекрасно. Тогда можете быть свободны, — ректор указал на дверь, не удостоив нас больше взглядом.
Мы вышли из кабинета в полной тишине. Помощница ректора, миссис Корнблат, бросила на нас хмурый взгляд, прежде чем вернуться к своей работе. Хейл молча шел рядом, а меня раздирало любопытство.
— И во что вырос маленький слух? — спросила я тихо, не надеясь на ответ.
— В порнографиюВозраст согласия в штате — 16 лет, Ханна, — остановившись, ответил он.
— М-мм, — протянула я, смерив его взглядом сверху вниз и обратно, прежде чем снова начать движение.
— Ханна, подожди.
Я остановилась. Нехотя обернулась. Джаспер сократил расстояние, посмотрел на мой гипс и снова на меня.
— Я приношу свои извинения. Там… я вёл себя неподобающе.
— Неподобающе? То есть не как галантный южанин, а как взбешённый вампир в стрессовом состоянии? Не принимается, Хейл, и не утруждайся больше, — ответила я, пожимая плечами.
Он нахмурился, словно я сказала что-то невероятное. На его лице всего секунду назад плескалось искреннее раскаяние. Всего лишь очень хорошая имитация.
— Ханна…
Я выставила ладони вперёд и сделала шаг назад, призвав его к тишине:
— Может, ты и хочешь казаться джентльменом, Джаспер. Но я вижу тебя насквозь. Не выдавай желаемое за действительное.
Я развернулась и направилась к выходу из крыла здания для преподавательского состава. «Этот фарс с извинениями — очередная попытка манипуляции?» Но я не была наивной дурочкой, влюбленной в вампирскую сказку, как Белла, чтобы поверить в это. Я видела их истинное лицо, скрытое за маской привлекательности и напускной загадочности.
Оставшийся день прошел в тягостном ожидании чего-то грядущего и неприятного. Ощущение, что за мной наблюдают, не покидало ни на секунду. Даже в библиотеке, окруженной толпой студентов, я чувствовала их присутствие. Казалось, что их глаза сверлят меня сквозь книги и полки. Я пыталась сосредоточиться на учебе, но мысли постоянно возвращались к разговору с ректором и лицемерным извинениям Джаспера. Я заработала себе хроническую мигрень.
Следующий день добил меня окончательно. Начиналось все не так плохо. У меня пошла кровь, и позитивным в этом было только то, что я могла рассчитывать на отсутствие подле меня Калленов. Я, конечно, не знала, как они реагируют на менструацию у женщин, но даже социопаты иногда тешат себя иллюзией. Окрестив себя вареным моллюском, из которого высасывают все соки, я плелась в ближайший супермаркет за тампонами и прокладками. К сожалению, моя соседка по комнате редко посещала кампус, да и сомневаюсь, что у нее бы нашлись подобные штучки. Рассуждая на эту тему, я дошла до терзающих меня вопросов: почему они светятся на солнце, а не взрываются? Почему Майер лишила своих вампиров клыков? Решила избежать шаблона? Из чего состоит их тело? Могут ли они плакать? И если да, то кровью? Они чувствуют запахи лучше любой собаки, даже такой породы, как бладхаунды. Чем пахну я? И как они терпят неприятные запахи? Если человек был в жизни уродом, то после обращения он станет красавчиком? Они не едят обычной пищи, а если придется? Будет ли больно вампиру-эмпату, если врезать ему по яйцам?