«Твоя защита уже треснула с моим появлением, Хейл. Ты нужен мне, чтобы дышать свободнее в кругу этого ада, а я нужна тебе, чтобы не задохнуться от сковывающих тебя правил и чужих установок. Я подожду, когда ты полностью осознаешь это», — думала я, прислонившись к дереву.
В абсолютном молчании через полтора часа мы добрались до дома Калленов, которые, естественно, уже ждали нас на крыльце своего гнёздышка. Внутри меня грызло любопытство, как они отреагируют на убийство Сары Барнз? Как отреагируют на то, что её убил именно Джаспер? Расскажет ли он, что изначально это хотела сделать я? И самое главное, оправдается ли он, поделившись с ними знанием моей социопатии? А-ля: «Только так я мог предотвратить катастрофу, потому что я, Ханна, — неуправляемая социопатка, которая хотела зарезать девушку в сарае».
Первой отмерла Крошка-Элис. Она подскочила к нам, как баскетбольный мяч. Я отошла на два шага в сторону, чтобы внимательно рассмотреть, что последует дальше. Её взгляд метался по лицу Джаспера, будто она считывала с него всё, что произошло за эту ночь и утро. Я думала, вот-вот последует как минимум пощёчина, но, к моему удивлению, она внезапно обняла его. Мои брови подпрыгнули вверх, а голова съехала на бок. Мне очень не хватало человечности в этот момент, чтобы понять, почему так, а не иначе.
Объятия Элис были короткими, но, видимо, казались Джасперу необходимой передышкой. Следующим был Эммет. Он похлопал Хейла по плечу с таким усилием, что того повело вперед. В его глазах не было осуждения, только какая-то тяжёлая мужская солидарность, что ли. Потом последовали объятия Эсми. Розали лишь надменно приподняла бровь, но я заметила, как она незаметно коснулась руки Джаспера, проходя мимо. Эдвард и Белла выразили какую-то смесь эмоций, которые мне было не счесть на фоне всего остального. Карлайл, как всегда, излучал спокойствие и понимание. Он подошел к Джасперу, положил руку ему на плечо и произнес тихим, но твердым голосом:
— Пойдем внутрь. Нам нужно поговорить.
Его взгляд скользнул по мне, но в нем не было ни укора, ни враждебности. Только какое-то сложное сочетание любопытства и беспокойства. Я чувствовала, что сломалась. «Мы пару часов тому назад совершили убийство человека, подстроив всё как самоубийство. И что Каллены? Встречают нас, как будто мы победили монстра?!» — любопытно, чёрт возьми!
Внутри дома воцарилась тишина, ощутимая даже для моих нечувствительных ушей. Они говорили приглушенно, стараясь не повышать голос, чтобы не давить. Джаспер сидел в кресле, чуть склонив голову, словно провинившийся мальчишка. Я стояла у окна, наблюдая за тем, как этот день крепнет в небе.
Карлайл начал разговор первым, его слова звучали мягко, но уверенно. Он расспрашивал Джаспера о деталях произошедшего, о мотивах Сары, о том, что заставило его пойти на такой шаг. В этом допросе чувствовалось, что он пытается скорее понять, а не осудить. Джаспер отвечал чётко, как будто докладывал, не утаивая ни единой детали. Сообщил, что не хотел тратить времени и подвергать всех опасности. Ведь никто не мог предугадать, как поведёт себя девушка, прочитав в дневнике другой, о том, что в мире существуют реальные вампиры. Она в любой момент могла поделиться этим с кем-то другим. И никакие видения Элис не смогли бы этого предотвратить. Поэтому он поехал в университет обратно, нашёл информацию о Саре Барнз, а потом столкнулся со мной. Тут наши взгляды пересеклись.
— Я поделился с Ханной полученной информацией, думал, она знает девушку и мне будет легче найти её. Ханна предположила, что Сара была у родителей. И уже вместе мы отправились в Гирдвуд. Сначала предполагалось, что Ханна просто поговорит с ней и узнает, что та прочла в её дневнике и её мысли по этому поводу. И пока они разговаривали, я проник в комнату Сары. По дому и по обстановке вокруг было понятно, что девушка живёт не в лучших условиях. Я нашёл её собственный дневник, в котором она рассуждала о своей собственной смерти, об отце-алкоголике, об издевательствах в университете… А потом уже услышал обрывки разговора Ханны и Сары.
В этот момент я стала тереть свой большой палец. Смотрела на Хейла и думала, что вот он — идеальный момент сказать всем, что я социопатка, которая своим существованием и знанием о них подвергает их ежесекундной опасности. Как бы я после этого выпутывалась? Начала бы отрицать? Глупо.