— Как, чёрт возьми, ты нашла это место? — потребовал он, сверкая глазами.
Секс-клуб «Кинк» был их оговорённой площадкой для встреч, но Орден хорошо делал домашнюю работу.
— Это неважно.
— Для меня важно.
Талия бросила на него притворно обиженный взгляд, надув губки и всё такое.
Немного придя в себя, Антон засунул руки в карманы и сделал несколько шагов в свой кабинет. Талия наблюдала за его руками, спрятанными в карманы, готовая отреагировать, если он направит на неё оружие.
— Ты как-то упустила из виду тот факт, что я тебе плачу? — спросил он.
— Деньги труднее тратить, когда ты мёртв.
Он ухмыльнулся.
— Я слышал, у тебя возникли проблемы. Должен сказать, я ожидал большего от Ордена. Особенно за такие деньги.
Талия стряхнула невидимую пылинку со своего чёрного комбинезона.
— Именно об этом я и хотела с тобой поговорить.
Его глаза сузились.
— О деньгах? Ты, само собой, не можешь рассчитывать на большее.
— Не о деньгах. О проблемах.
— Мне плевать, сколько у тебя проблем. Просто выполняй свою грёбаную работу, за которую я тебе заплатил.
Талия склонила голову набок и изучающе посмотрела на него.
— Хм.
Его рыжие брови сошлись на переносице.
— Что это должно означать?
— У тебя нет подозрений?
— О чём, чёрт возьми, ты говоришь?
— У тебя в организации есть шпион.
— Ничего подобного, чёрт возьми.
Талия спустила ноги со стола и встала с пафосного кресла Антона. Она подошла к буфету. Алкоголь был в хрустальных графинах, без опознавательных знаков, но у неё возникло ощущение, что его предпочтения были дорогими. Она выбрала бутылку, в которой, как она надеялась, было виски, вытащила пробку и щедро налила себе в бокал.
Талия сделала глоток и поморщилась. Скотч. Гадость.
Оставив стакан на буфете, она обошла вокруг стола Антона и прислонилась к нему задницей. Дорогая кожа и красивые ковры в комнате свидетельствовали о том, какими деньгами швырялся Антон. Очень большими деньгами.
Но с другой стороны, он, вероятно, уже много лет скрывался от Мазая.
— Ты перетянул на свою сторону многих парней. Один из них — крыса. Либо так, либо ты сам меня предал. Для тебя это что, какая-то игра: предать Мазая, а потом меня? Как удобно, правда. Ты можешь расхаживать с важным видом, устраивать истерики, показывать, насколько ты серьёзен и опасен… затем снова подружиться с ним и договориться о более выгодных условиях для себя.
— У тебя богатое воображение, но ты не понимаешь такого мужчину, как Цезарь Мазай. Или меня. Слишком многое ждёт на горизонте. Я бы никогда не вернулся. И он всё равно никогда не стал бы мне доверять. Он бы превратил меня в публичный пример. Он выставил бы меня на солнце, дал бы мне медленно сгореть заживо. Мне нужна его смерть. За это я тебе и заплатил. Так что, чёрт возьми, сделай это.
Антон не ожидал этого. Талия силой усадила его задницу на стул, а сама забралась на подлокотники, нависая над ним, как паук.
— Тебе лучше не лгать мне.
— Твои пафосные приёмы меня не пугают. Ты наёмная убийца, все вы такие, и если вы убьёте меня после того, как я вас нанял, репутация Ордена будет подорвана.
Это правда… если только он или кто-то из его организации не предал её.
— Из-за кого-то меня чуть не убили. Из-за кого-то, кто почти наверняка сейчас на этом складе модифицирует глок или ещё какую-нибудь хрень.
— Слушай, мерзкая сука, никто в этом доме не стал бы мне перечить.
— Я уверена, что Мазай думал так же.
— Если бы кто-то здесь захотел перейти мне дорогу, я был бы уже мёртв, потому что Мазай узнал бы про это место. Тебе нужно проверить свои собственные тылы. Вот откуда всегда приходит нож в спину — и это был нож в твою спину, а не в мою.
— Если ты мне лжёшь, то пожалеешь, что Мазай не нашёл тебя первым.
Талия вскочила со стула и направилась к двери, напуская на себя вальяжный вид… и вовсе не наслаждаясь охватившими её сомнениями.
Глава 18
Лёжа на смотровом столе, пока доктор Джонус заново зашивал его разорванный квадрицепс, Лука кипел от нетерпения. У него было много дел.
Он планировал обойти доктора стороной, несмотря на приказ Кира, но, войдя в штаб-квартиру, обнаружил доктора Ана (весьма досадно) в вестибюле. Доктор непринуждённо беседовал с охранником, и при виде Луки он даже изобразил на лице удивление.