Значит, это был деловой партнёр, а не личный. Так чем же, чёрт возьми, они занимались?
— Никогда его не видела? Или слышала, как Амарада упоминала о нём?
— Извини, нет. Я ничего не знаю о… ни о чём.
Она передала Киру его телефон, и он убрал его в карман.
— Просто решил проверить, — затем, стараясь говорить не так резко и по-деловому, он спросил: — Чем занимаешься?
— Ничего важного.
— Секрет, да?
Она закатила глаза.
— Нет. Просто это не важно. Как и всё, что я делаю.
Кир нахмурился.
— Что ты хочешь этим сказать?
Сайрен встала со стула и прошла через обеденный уголок туда, где бархатная занавеска скрывала практичные стальные ставни. Она ухватилась за занавески, выглядывая из окна, но смотреть было не на что. День ещё не наступил, но уже рассветало.
— Сайрен? В чём дело?
— Я устала от бессмысленности.
Бессмысленности?
— О чём ты говоришь?
— Я, конечно, всегда знала, но здесь это стало ещё более очевидным. Все вы делаете что-то, важные вещи. Даже Клэр что-то делает. Но не я. Я никогда ничего не делаю. Я никогда ничего не делала.
— Сайрен… Твоё положение…
— Пропадает зря, — она повернулась к нему лицом, и в её глазах была решимость, которой Кир раньше не видел.
— Твоё положение шатко. Это не твоя вина.
— Не ищи для меня оправданий. Ты каждую ночь рискуешь своей жизнью. Разве это не опасно? Я вижу, ты возвращаешься домой на рассвете, вот такой. В стрессе, часто пострадавший. И Нокс тоже. И это потому, что вы занимаетесь важными делами, которые имеют значение. А я здесь… что? — она махнула рукой в сторону своего ноутбука. — Миксую музыку? Это бессмысленно. Я бессмысленна.
— Так будет не всегда. Твоя задача сейчас — оставаться в безопасности, пока…
— Моя мать не умрёт? Это может произойти через триста лет. И даже если я буду сидеть без дела, как маленькая кукла, пока она не умрёт, как я смогу занять её место, если я маленькая, глупая и бесполезная?
— Тебе нужно завязать с дерьмовой привычкой говорить вот так.
— Это правда! И ты это знаешь!
Кир поскрёб щетину на подбородке.
— Что же ты тогда собираешься делать?
Спокойствие и решимость снова овладели ею. Дерьмо. У неё уже имелся план.
— Я хочу вернуться в Резиденцию.
Кир замер.
— Что?
— Я могу начать ходить на ужины и тому подобные глупости, но не так, как раньше. Я могу слушать. Я могу рассказать тебе, что я слышу…
— Я не позволю тебе вернуться туда в качестве шпиона.
— Я вернусь как Наследница и буду передавать информацию своему брату, который, возможно, сможет иногда ею пользоваться. Мне нужно научиться использовать своё положение. Я всегда думала, что не смогу, и я просто хотела убраться подальше, но я здесь уже несколько месяцев, и не было смысла уезжать, если я собираюсь сидеть сложа руки и ничего не делать.
В голове Кира сделалось ужасно пусто. Он не знал, что на это ответить.
— Я знаю, чем ты рисковал, чтобы вытащить меня оттуда, — сказала Сайрен. — Ты мог погибнуть.
— Это не имеет значения.
— Это важно для меня, чёрт возьми.
— Сайрен… там у тебя не будет никакой власти.
— У меня здесь тоже нет власти, и нет возможности получить её. Я должна быть там. Я больше не хочу быть трусихой, — она с вызовом вздёрнула подбородок. — Я её не боюсь.
— Это будет опасно, Сайрен. Если Амарада заподозрит, что ты за ней шпионишь? Только Вимонос знает, что она сделает.
— Она не причинит мне вреда.
— Ну да, потому что если бы она это сделала, я бы убил её на хрен.
Лёгкая улыбка заиграла на полных губах Сайрен.
— Я знаю.
Кир не был готов принять эту идею.
— Но что именно ты собираешься делать? Я не хочу, чтобы тебя просто…
— Втянули обратно? Превратили обратно в её маленькое украшение? Или её козырь в игре?
Кир неловко пожал плечами. Да. Практически так и есть.
— У меня нет плана, во всяком случае, не в том смысле, в каком тебе нравится строить планы. Я хочу начать участвовать в её проектах, во всём, к чему смогу пробраться. Я хочу слушать. Мне нужно начать видеть вещи шире. Раньше мне и в голову не приходило, что я смогу. Но теперь, когда я здесь… что ж. Я имею в виду как раз то, что ты спрашивал у меня об этом парне. Как его зовут?
— Цезарь Мазай.
— Очевидно, он как-то связан с моей матерью, иначе ты бы меня не спрашивал. Что, если бы я могла знать всё это? Я не говорю, что я многое умею, но тебе не кажется, что мне нужно научиться? Иначе какой во мне смысл?
— Может, ты перестанешь так говорить? Бл*дь. Тебе не нужно ничего доказывать.