— Понятно.
— Я надеюсь, это не проблема?
— Вовсе нет.
На самом деле, это очень и очень хорошо служило целям Рена. Потому что если Антон и Мазай изрешетят друг друга пулями?
Это создаст отличную возможность для того, чтобы Талия попала под перекрёстный огонь.
Глава 33
Лука вошёл в Бункер, готовый молить о помощи. Он не умолял с тех пор, как ему исполнилось семь лет, когда он кричал, чтобы его не забирали у матери. За прошедшие годы он научился никогда не ожидать помощи, никогда ни о чём не просить. Он научился молчанию, терпению, жестокости.
Но он также понял, что без Талии он ничто. Он был опустошён. Мёртв.
Лука не знал, что будет потом. Он был чертовски раздражён. Чертовски волновался. И, да, вроде как пребывал в грёбаной депрессии. Но всё это неважно.
Всё, что имело значение — это найти Талию и уберечь от опасности. Она оставила его машину возле своего конспиративного дома, предположительно, пересев в свою собственную, поскольку он мог отследить своё авто. Лука не заметил её присутствия где-либо поблизости от известных мест пребывания Мазая, что означало, что Талия, вероятно, вышла на связь с Антоном, чьё местонахождение она ему не сообщила.
В то время Лука не придал этому особого значения, предположив (как идиот), что они нанесут Антону визит вместе. Она никогда не собиралась этого делать.
Луке нужна информация, и ему нужна помощь. Ему нужна его команда.
Но сейчас он не в лучших отношения с ними, особенно с Киром. Он потерял доверие комудари, а может быть, и уважение, и с самого начала никогда толком не понимал, как он заручился этими вещами.
Он был частью Ордена, и эта связь навсегда запечатлелась в его памяти. К тому же… он не был чист, когда встретил Кира. Воспоминания Луки о тех ранних ночах были туманными, но он сомневался, что воспоминания Кира были такими же.
Поэтому, когда Лука шёл по бетонному полу Бункера, он чувствовал на себе ледяной взгляд комудари, полный осуждения и сдержанной настороженности. Кир стоял с Ронаном, Рисом и Ноксом в мастерской, на столе лежала дюжина пистолетов, и все они заряжали магазины.
Кир вставил патрон в магазин, который держал в руках.
— Ну?
Сердце Луки ёкнуло. Ему следовало лучше подумать о том, что он собирался сказать.
— Я знаю, что, эм… со всем этим…
— Ты можешь пропустить эту часть.
Слава Идайосу.
— Мне нужна… — Ладно, эта часть была не намного проще. — Помощь. Мне нужна помощь.
— Ну наконец-то, чёрт возьми.
Подождите… что?
Напряжение в рядах Тиши заметно спало.
— Ради всего святого, Лука. Тишь — это не Орден, чёрт возьми. Послушай, я знаю, что я мудак. Мы все мудаки…
— Нуу… — возразил Рис.
— Может, Рис не мудак, — признал Кир. — Или Нокс. Но Ронан — определённо.
— Я, бл*дь, так и думал, — сказал Ронан, не переставая рыться в коробке с патронами.
— Суть в том, что если ты не видишь разницы, если ты не можешь понять, что это дерьмо здесь, — Кир неопределённо обвёл рукой зал, но, похоже, имел в виду команду, — по-настоящему, тогда я не знаю, что с тобой делать. Ты сдерживаешься, как будто не понимаешь, что все здесь готовы умереть друг за друга, как будто ты не понимаешь, что это включает и тебя.
Лука просто стоял на месте, пытаясь переориентироваться. Не то чтобы он не видел преданности команды. Он видел. Конечно, видел. Всего несколько месяцев назад он был рядом с ними, когда Нокса взяли в плен и затуманили ему мозги, пока он не перестал понимать, что к чему. Лука видел отчаянное желание команды добраться до Нокса, помочь ему — он был частью этого. Он видел, как много значит для всех безопасность и выздоровление Нокса — он был частью этого. Но каким-то образом он также был обособлен.
Или, по крайней мере, Луке так казалось, когда он держался в стороне. Он, само собой, никогда не мог себе представить, чтобы кто-то сплотился вокруг него. Идея была настолько необычной, что даже сейчас, когда Кир протягивал эту оливковую ветвь, щедро приправленную ругательствами, Лука не знал, что ответить.
— Я думаю, тебе следовало толкнуть эту речь пораньше, босс, — сказал Рис. — Он не знал.
Кир схватил ещё один патрон и вставил его в магазин, выглядя очень смущённым.
— Послушайте, я не хочу повторять это, так что… это относится ко всем, если это не очевидно. Лука, просто иди сюда, чёрт возьми, помоги с этим дерьмом и скажи нам, что, чёрт возьми, происходит и что, чёрт возьми, тебе от нас нужно.
Внезапно весь стыд, с которым Лука вошёл сюда, всё беспокойство об его положении исчезли. Это не означало, что ему было легко начать разговор. Это не означало, что он мог смотреть на кого-либо из них. И он не смог рассказать всего, даже самых сложных моментов, правду о связи и отказе Талии от неё.