— Семья...? — усмехнувшись я опустил глаза вниз. — Мне не известно, что это такое. А такие разговоры считаю бессмысленной тратой времени и, если честно, лучше ночевать на улице, на вокзале — где угодно, только не тут.
— Да. Чего-то подобное я и ожидала услышать, — вздохнув, мачеха слегка улыбнулась. — Ты пытаешься казаться таким сердитым, и всё равно трудно не заметить, каким замечательным мужчиной растёшь. Просто не хватило любви и заботы, но это поправимо.
— Хватит, — спокойным тоном перебив женщину, я поставив чашку на стол. — Вы не знаете и малой части того, через что мне пришлось пройти! Не вам, теперь, лезть ко мне в душу.
Зоя Андреевна виновато отвела в сторону взгляд, и поднявшись с шаткого табурета, принялась наводить порядок.
— Простите. Не хотел нагрубить. Просто… Всё слишком сложно, и налаживать отношения поздно. Есть причины, которые зависят не только от моих личных желаний.
— Я поняла. Если устал, оставайся на ночь, а утром — как знаешь, удерживать не стану.
— Спасибо.
Мачеха отвела меня в комнату, которая раньше служила кладовой и была доверху забита разнообразным хламом. Теперь здесь стоит односпальная кровать и изодранный диван отца. Окна нет, но благодаря тёплому свету лампы, выглядит комната достаточно уютно.
— Здесь живёт Семён, но место есть и для тебя… Если не против.
— Всё нормально, — утвердительно ответив я сел на диван, облокотившись на твёрдую спинку.
Мачеха привела ребёнка и начала укладывать его спать, взяв детскую книжку со сказками. Оказалось очень увлекательно слушать, домашняя атмосфера. Семья так и выглядит? Чувство умиротворения, защищённости. М-да, ха, а в Сибири читали другие сказки…
Нельзя отвлекаться, пока нет даже ниточки, за которую можно ухватиться в поисках.
Сон так и не приходил, отчего я не смог лежать на одном месте и осторожно выйдя на кухню, посмотрел из окна на задний двор. На дереве видны верёвочные качели, а дождь похоже закончился.
Лучше мне по скорее покинуть это проклятое место, пока забытые чувства и обида не вскрыли заживающую рану.
— Всё-таки сбегаешь? — сквозь тишину прозвучал голос женщины позади, и я обернулся, посмотрев на исхудавшую фигуру в темноте.
— Извините.
Пройдя в коридор, словно в полном тумане я начал обуваться, сдерживая напор странных эмоций. Выбор был сделан и сюда дороги нет, как бы не хотелось. Приговор подписан добровольно, и я не должен беспокоить эту, больше не мою семью. Пусть у брата всё сложиться иначе. Но ради этого — меня здесь действительно быть не должно.
Отблагодарив за гостеприимство, я вышел на улицу и быстрым шагом направился прочь отсюда, заставляя мозг вернуться к первостепенной задаче, которая ещё не сдвинулась с мёртвой точки. Мёртвой, ха, слишком много стало смерти вокруг меня последнее время. Интересно, с чего бы...?
Одно время, я был готов всё простить, только бы позволили остаться. Но предательство невозможно просто так отбросить на задний план, стереть из памяти… Обстоятельства редко бывали на моей стороне, но до сегодняшнего вечера я наивно полагал, что жизнь наладилась. А на самом то деле Илья Фёдорович не только отнял будущее и прошлое, но и перечеркнул все возможности его исправить.
Я есть, физически, но в то же время исчезаю… словно пыль. Поэтому выбрал способ ничего не чувствовать вовсе. Слиться с теми тварями вокруг себя, став одним из них, даже хуже, — так действительно проще. Или я просто убедил себя в этом.
Присев возле закрытого на ночь рынка, я снова осмотрелся вокруг. Дома, дорожки, переулки, более трёх перекрёстков в разных местах, а это сколько возможных схронов. От центра деревни, куда бы стоило пойти в первую очередь? Нужна определённость и последовательность.
Приятно на улице после дождя. Ночь тёплая, а небо хоть и затянуто тучами, всё равно намного красивее, чем в городе. Не хватает только успокоительного шума волн. И возможности ещё раз увидеть её в порту…
И опять этот образ. Думал, что забуду быстрее.
Глава 4.
К окончанию второго дня поисков, обойдя практически весь посёлок, я начал думать, что искомого здесь больше нет. Скорее всего он успел сменить местонахождение, либо охранка опередила. Придётся возвращаться в город ни с чем.
В любом случае, сегодня все электрички давно ушли, поэтому завтра, сколько останется времени, пройдусь ещё раз, и, если нет — значит не повезло.
Илья Фёдорович переоценивает мои навыки розыска. Ну и плана нет, кроме как бесполезно бродить по улицам, вглядываясь в лица людей. Всё это не то, человек мог укрыться в чьём-то доме, уехать вообще в обратном направлении до того, как я оказался здесь, и следы легко затерялись.