В десять минут девятого Балларди доложил с радиостанции:
— Сигнал от Кессельринга, господин адмирал. Вторая волна — поднята с Малеме. Цель — головные крейсеры эскорта Виана. Подход через сорок минут.
— Принято.
В девять часов поступила радиограмма из Таранто. Соединение вице-адмирала Бергамини — линкоры «Андреа Дориа» и «Кайо Дуилио», крейсеры «Гарибальди» и «Дюка ди Аоста», восемь эсминцев — заняло свою позицию на юге, в сорока милях ниже британского ордера. Бергамини шёл медленнее, на двенадцати узлах, экономя топливо для боя, и должен был выйти на огневую дистанцию к четырнадцати ноль-ноль, через час после расчётного начала боя. Это была вторая челюсть клещей. Виан про неё пока не знал.
В девять тридцать пять Балларди принял ещё одну радиограмму. На этот раз от Дёница. Подводная позиционная группа «Норд» — U-77, U-205, U-453, плюс четыре итальянские лодки класса «Маркони» — заняла позиции в шестидесяти милях восточнее британского ордера, на путях возможного отхода Виана к Александрии, и готова атаковать к двенадцати часам. Третий зуб гребёнки. Виан про это тоже не знал.
Иачино подошёл к штурманскому столу. Малькиа карандашом отмечал на карте предполагаемый курс британцев, исходя из последних радиоперехватов открытых передач — британские флотские офицеры в эфире держали себя свободно, потому что считали, что итальянская радиоразведка отстаёт; в реальности она не отставала, и Виан этого не понимал.
— Малькиа. Какой у Виана горизонт.
— Горизонт пятнадцать миль, господин адмирал. Туман к восьми сошёл, видимость ограничена дымкой.
— Расстояние до его флагмана.
— Пятьдесят шесть миль, и сокращается со скоростью в семнадцать узлов суммарного хода. К полудню сойдёмся на двадцать пять.
— На двадцать пять — встаём в боевой порядок: «Витторио Венето» головным, «Литторио» в кильватер, тяжёлые крейсеры «Триест» и «Больцано» — в правом дозоре, лёгкие — в левом, эсминцы по охранению. На двадцати одной миле — открываем огонь главным калибром по флагману Виана. На восемнадцати — переходим на сосредоточенный огонь по крейсеру и параллельно лёгкие крейсеры берут конвой. Виану из этой позиции не уйти, потому что Бергамини на юге, а лодки на востоке. Если он пытается рвать дистанцию и идти на ост — попадает в Дёница. Если разворачивается на запад — упирается в Бергамини. Если на север — в нас. Передайте план командирам.
— Понял.
Иачино помолчал. Потом добавил:
— И ещё. Если Виан попытается уйти любой ценой и бросит конвой — я конвой не упускаю. Лёгкие крейсеры и эсминцы на конвой, тяжёлые остаются с Виановыми крейсерами. Идём за ним до Александрии, если потребуется.
Малькиа поднял глаза от карты. На его лице на секунду появилось то выражение, которого Иачино у штабного офицера не помнил.
— Я понял, господин адмирал.
В девять сорок две Балларди начал переводить открытый эфир. Британские крейсеры в ордере Виана работали на боевой частоте без шифрования, потому что в скорости передачи это было быстрее, а до итальянской радиоразведки им дела было мало. Но итальянский лейтенант, окончивший мореходное училище в Сан-Бенедетто и год преподававший там же английскую морскую терминологию, английский знал лучше, чем средний британский лейтенант — итальянский. Он переводил почти синхронно.
— «Гермиона» вызывает «Клеопатру». Получили бомбу в кормовое отделение, пожар в погребе номер три, локализуем. Скорость двадцать узлов. Запрашивают разрешение оставить ордер.
— «Бирмингем» имеет крен три градуса, водотечность в носовом отсеке, насосы справляются.
— «Клеопатра» — флагман. Виан удерживает ордер. Запрашивает аэроразведку из Малеме на западные подходы. Ему ответят, что Малеме в наших руках с мая прошлого года.
Балларди улыбнулся, не отрываясь от наушников.
— Малеме в наших руках, — повторил Иачино. — Хорошо.
В десять часов прибыла вторая авиационная волна Кессельринга. Иачино её не видел: она шла на двух тысячах метров, в облачности, заходя со стороны Крита. Через семь минут на радиостанции пошёл шум — открытые передачи британских боевых частот стали отрывистыми, голоса командиров крейсеров слились в общую перепалку.
— «Гермиона» получила вторую бомбу, в машинное отделение. Пожар в кочегарке. Скорость падает.
— «Бирмингем» — попадание в надстройку, мостик повреждён.
— «Эвриалус» атакуется торпедоносцами.
— Виан передаёт всему ордеру: курс ост, скорость предельная.
Иачино смотрел на горизонт через бинокль. Британский ордер ещё не был виден — пятьдесят миль с зыбью три балла дают далёкий горизонт только для радара. Но дым после авианалёта уже виделся: тонкая чёрная нить на ост-зюйд-ост, поднимающаяся к перистым облакам.