Словно ощутив его взгляд на себе, Наталья впилась глазами в окно автомобиля. Она увидела Давида и улыбнулась. Как будто солнце выглянуло из-за туч, и вечерний мрак смыл осенний промозглый дождь.
- Останови-ка машину за остановкой, - попросил Давид Тихона.
Тот без лишних расспросов и уточнений выполнил приказ майора.
- Натали! – крикнул Давид.
Он вышел из автомобиля и направился к ней. Девушка, крепко держа ручку зонтика, стояла на месте. Казалось, она и не думала двигаться в сторону Давида. А с истинным достоинством, будто английская королева, не менее, стояла и ждала.
- Давид? Что ты тут делаешь?
Голос её был звонким. Продолжая улыбаться своему старому знакомому, она подняла свой зонтик повыше, чтобы скрыть под ним и Давида заодно. Он приблизился к Наталье и, поднеся её ручку к своим губам, ответил:
- Я еду со службы.
- В субботу?
- Ты же помнишь, для моей работы дней недели не существует, - грустно усмехнулся он. Наталья кивнула головой и опустила глаза вниз, предоставив Давиду возможность продолжить разговор. - А ты куда направляешься?
- Домой пытаюсь уехать. Да только транспорт уже плохо ходит, - пожала она плечами.
- Так в чём нужда? Пойдём! – Давид взял её за руку и повёл к автомобилю.
- Здравствуйте, барышня, - приветливо поздоровался с Натальей Тихон.
- Приветствую и вас, Тихон! - Конечно же она узнала верного помощника Давида. Не раз прежде подвозил он солистку балета по нужному ей адресу. - А вы всё такой же! – улыбнулась она.
- Дык, а что ж со мной станется? В моём возрасте поздно меняться.
- Так ты сейчас в Москве? – перебил их разговор Давид. - Я слышал, что ты уехала в Ригу.
- Так и есть. Я живу и работаю в Риге, в варьете. После того, как ты меня бросил…
- Ты хотела сказать, мы расстались, - деликатно поправил её Давид.
- Так вот после того, как ты меня бросил, я не захотела оставаться в этом огромном, сером городе. Вот и подалась в столицу Латвии. – Она хитро улыбнулась и окинула взглядом Давида. Глаза её сияли даже в темноте. – Я в Москву по делам приехала. Нужно кое-что уладить. Послушай, - она придвинулась к Давиду ближе и обняла его руку чуть выше локтя, - Мы так давно не виделись. Может посидим где-нибудь, поболтаем? Когда ещё свидеться доведётся?
Давид не торопился с ответом. Он сильно устал за этот день и больше всего хотел вернуться домой. Но, с другой стороны, перед своей давней знакомой он чувствовал вину. Ведь поступил он с ней не очень хорошо, не порядочно. Даже не счёл нужным поговорить напоследок, перед расставанием. Просто написал прощальное письмо, послал букет алых роз в театр и уехал в очередную командировку в Монголию. Вот и вся любовь. Хотя до любви там было далеко. Мимолётное увлечение. И пускай они оба не считали те отношениям, что их связывали, серьёзными, расставание Наталья восприняла довольно болезненно. Но теперь-то что вспоминать? Что было, то прошло. Или не совсем?..
- Тихон, отвези-ка нас в «Яръ». Мы с Натали немного посидим, повспоминаем былое.
- Есть, товарищ майор!
И Тихон проворно развернул автомобиль в противоположную сторону.
Любимый ресторан Давида «Яръ» находился по адресу Ленинградский проспект, дом 32/2 и был основан ещё в 1826 году. Со дня своего открытия и по сей вечер ресторан был заведением премиум-класса. Старорусская кухня, имперский интерьер, мебель в стиле модерн создавали особый, неповторимый колорит этого места. Но не только трапезу любил принимать здесь Давид, но и решать некоторые важные дела. Даже несколько раз пришлось проводить в ресторане важные переговоры. Именно здесь имел он разговор с главарями криминального мира Москвы, когда все силы МУРа были брошены на поиски банды Митина. И в этот раз Давид привёз свою старую, но ни в коем случае ни по возрасту, знакомую в это замечательное заведение.
Майор вместе со своей спутницей вышел из машины. Отойдя на мгновение в сторону, он сказал Тихону:
- На сегодня ты свободен. Не жди меня. Я сам доберусь домой. Единственное, о чём попрошу, так это заехать домой, к Насте и сказать, чтобы не ждала и ложилась спать. А мне допоздна пришлось остаться на работе.
Тихон тяжело вздохнул. Потом осуждающе посмотрел на майора и сказал:
- Эх, Давид Георгиевич! Вы из огня да в полымя.
Давид обернулся. Увидев глаза Натальи, которая не сводила с него взгляд, он сказал:
- Не суди меня строго, Тихон. Я и сам не могу в себе разобраться. – Он похлопал старика по плечу и, попрощавшись с ним, вернулся к прекрасной спутнице.