- Терпеть ненавижу осень, - продолжил ювелир, - Может быть чаю? Или сразу будем разговор говорить?
- Сразу, Семён Маркович. Сразу к делу. – Давид слегка наклонился в сторону старого еврея. – Мне нужны два обручальных кольца. Одинаковые по форме и литью.
- Давид Георгиевич, ви таки решились на столь серьёзный и ответственный шаг! – воскликнул Либерман и всплеснул руками.
- Решился.
- Примите мои поздравления!
- Спасибо, тронут, - усмехнулся Давид. – И всё же! Имеются у вас такие?
- А то нет! Какой размер нужен?
Этот вопрос застал Давида врасплох.
- Ммм-да-а-а! Шо и сказать. Давайте вам подберём колечко. А потом и за невесту прикинем.
Семён Маркович, кряхтя и держась одной рукой за спину, встал со стула. Вместе с ним поднялся и Давид.
- Как знал! Берёг именно для такого случая, - с неким торжеством в голосе, сказал Либерман и проследовал к двери. Обернувшись к майору, старый еврей спросил, - И шо, настоящая любовь?
- Похоже на то, - улыбнулся Давид.
- Э-э-эх! Любовь любовью, а лишь бы жена была хорошая. Пойдёмте, Давид Георгиевич, со мной. Мне от вас нечего скрывать. Ви же почти шо родной!
Вместе они вошли в соседнюю комнату, которая больше была похожа на музей. Старинные картины, статуэтки, вазы, посуда. Даже стены этой комнаты были обиты старинными гобеленами. Изюминкой в этой со вкусом подобранной коллекции была шкатулка из изумрудного малахита, украшенная белыми драгоценными камнями и жемчугом. Если верить легенде, то эта вещица некогда принадлежала самой императрице Елизавете.
- Не боитесь, Семён Маркович, мне такую красоту показывать?
Либерман с улыбкой посмотрел на Давида, поверх своих круглых очков, и ответил:
- Шо ви, Давид Георгиевич! Это же всё нажито честным трудом. Никто за эти, с позволения сказать, вещи не пострадал и не был убит. Так и чего, скажите ви мине, переживать и нервничать. Э-э-эх, молодой ви ещё и не знаете, чего на самом деле надо бояться. Я таки вам желаю этого никогда не узнавать. И потом, скрывать такую красоту очень трудно. Я не тщеславен, не из хвастунов, ви же знаете. Но иногда так хочется, шобы такая красота порадовала глаз ещё хоть кого-то.
Ювелир подошёл к высоченному серванту, со множеством выдвижных ящичков.
- Может желаете ещё что-нибудь приобрести по случаю свадьбы?
- С удовольствием, но попозже. Сегодня меня интересуют именно кольца.
Семён Маркович, нащупав нужный ящик, потянул на себя его позолоченную ручку. И взору Давида открылся красный бархат. В этот яркий лоскут, размером тридцать на тридцать сантиметров, были вдеты золотые кольца. Все они отличались между собой размерами, формами и литьём.
- Ну-с, смотрите, Давид Георгиевич, выбирайте. Что понравилось, приглянулось отдам за смешные деньги: ни грамм за работу, но за каждый грамм золота – по себестоимости.
Ряды колец, выложенные на красной бархатной подставке с прорезями, сверкали каким-то торжественно-магическим блеском. Под светом люстры из венецианского стекла, сделанной в начале 17-го века, они искрились и переливались радужными брызгами. Давиду приглянулись два кольца из белого золота. Он аккуратно извлёк первое из красной подставки, которое ему показалось больше по размеру и примерял на безымянный палец своей правой руки.
- Как раз! Ой вэй, ви только посмотрите. Оно же как на вас сделано!
Гладким, золотым обручем блестело кольцо на его пальце, отражая в себе тепло и солнце.
- Признаться, я так и думал, шо ви именно его выберете. Со вкусом у вас всегда было всё как надо.
- Да, мне оно тоже нравится. Ну а как же быть со вторым?
Либерман пожал плечами и в той же подставке нашёл второе кольцо – точную копию того, что Давид уже держал в руке, только на три размера меньше. Судя по всему, оно предназначалось невесте.
- Размер стандартный. Но если будет больше или меньше, то шо тут такого? Сузим, расширим. Всё сделаем в лучшем виде! И всё же, я не могу вас просто вот так взять и отпустить. Ви же ещё не всё видели!
Семён Маркович потянул на себя створку, что располагалась повыше, и продолжил:
- Вот! Это новинка! Браслет из червлёного серебра высшей пробы!
Ажурное плетение серебряной паутиной лежало на другом лоскуте красного бархата. А застёжка браслета была сделана в форме кошачьей головы, с двумя чистейшими изумрудиками вместо глаз.
- Нда-а-а, - выдохнул Давид, рассматривая эту диковинку в своей руке. – Пожалуй, я его тоже куплю.
- Прекрасный подарок невесте!
- Не невесте, - задумчиво сказал майор. – Это будет, скорее, прощальный подарок, чем свадебный.