Варя поставила лейку на шкаф и осторожно спустилась по лесенке. Подойдя к Давиду, она ответила:
- Здравствуй. – Медсестра внимательно смотрела на Давида, будто пыталась найти какие-то изменения в нём. И они были. Но внешне их было трудно разглядеть. Варя нежно провела рукой по его щеке и тихо сказала, - Как неожиданно ты приехал. Я думала, что раньше вечера и не увижу.
Давид убрал её руку от своего лица и, отойдя в сторону, сел на кушетку.
- Нам нужно поговорить.
И Варя присела рядом с ним. Она была девушкой не глупой, а потому прекрасно понимала, что раз Давид приехал к ней в такое время, значит разговор будет серьёзным.
«А вдруг он решился? - подумала она, и сердце Вари заколотилось с немыслимой силой. – Что, если вот и настал тот долгожданный момент? Вон он какой сосредоточенный! Как строго держится».
Варя тихонько улыбнулась в предвкушении признания.
- У меня для тебя есть подарок, - и Давид достал из кармана маленькую чёрную коробочку. Протянув её Варе, он сказал, - Открой и примерь.
Варя онемела.
- Давид, неужели дождалась? – выдохнула она.
В глазах красавицы запрыгали огоньки. Варя стала крутить в руках коробочку, пока не нашла, где та открывалась. Конечно же, девушка ждала увидеть то заветное, долгожданное украшение, сакральная значимость которого для Вари была в тысячу раз выше его номинальной стоимости. Но вот, она открыла коробочек и… Из глубины его на Варю смотрели два изумрудных глаза. Она достала браслет из червлёного серебра. Конечно, не это украшение ожидала увидеть девушка. Но выдавать своё разочарование она не стала. А лишь улыбнувшись, сказала:
- Какая прелесть! Я сроду не видала такой красоты.
Она тут же надела браслетик на запястье правой руки и подбежала к зеркалу. Задрав рукав своего белого халатика повыше, Варя стала любоваться своей обновкой.
- Чудо, как он хорош!
С грацией игривой кошки она подошла к Давиду и, обняв его за шею, крепко поцеловала в губы. Горячо, страстно. Также, как во время их коротких встреч. Только на этот раз всё было по-другому. И всё же, майор отдавал себе отчёт в том, что находиться с Варей на опасно-близком расстоянии. Давид убрал её руки со своих плеч и, подойдя к столику с медикаментами, сел на стул, который стоял рядом. Варя видела, что Давид сегодня держался как-то строго. Понимала она также, что майор готовится к какому-то важному разговору. Она села на кушетку, как раз напротив Давида, и не стала мешать ему.
- Варя, мы давно знаем друг друга, - начал он, - Ты умная, красивая, хозяйственная. Уверен, что любой мужчина, оказавшийся рядом с тобой, будет счастлив. – Он замолчал. Странное дело. Слова, которые Давид говорил, приятны были Варе. Без сомнения. Вот только, почему-то от этих слов мороз прошёлся по её коже, и какая-то внутренняя настороженность, тревога что ли, не давали ей покоя. Закурив папиросу, майор продолжил, - Без сомнения, ты заслуживаешь большего, чем просто встречи. Те, которые происходят у нас с тобой.
- Я очень рада, что ты так думаешь и понимаешь это. – Улыбка расцвела на её лице. В предвкушении признания в любви, Варя замолчала и приготовилась слушать Давида дальше.
- Так вот, я долго размышлял на наш с тобою счёт. – Он в упор посмотрел на Варю и вынес приговор, - Мы больше не будем любовниками. Я встретил другую девушку. Я люблю её и хочу жениться на ней. Прости.
Слова Давида как будто бы парализовали Варю. Она не могла пошевелиться и до сих пор не верила, что он её бросает. Чтобы хоть как-то разрядить обстановку, он продолжил:
- Варечка, я знаю, что ты ждала других слов. И, скорее всего, я бы тебе их сказал, не появись другой девушки в моей жизни. Но так распорядилась судьба. Я люблю её, понимаешь?
- А я? – наконец, произнесла Варя, продолжая пребывать в полнейшей растерянности и непонимании. - Давид, а как же я? Ведь… я люблю тебя. Нам было хорошо вместе. Я ведь от тебя никогда ничего не требовала, не просила. Мне всегда нужен был только ты! Ты, и никто другой.
- Но ты мне не нужна, - выпалил он.
Слова Давида вонзались в бедняжку, пригвоздили её, припечатали к стене. Из глаз потекли слёзы. Варя отказывалась верить тому, что это всё происходит именно с ней.
- Какая другая? Откуда? Давид! Ты не можешь меня бросить. Так же не делают, не поступают, - дрожащими от жалости к себе самой губами, произнесла она.
- Прости меня, Варя, если сможешь. – Давид опустил глаза вниз. Ему действительно было жаль свою бывшую возлюбленную. Да и любил ли он её вообще? На этот вопрос он и сам себе не мог ответить. Но то, что во всей этой ситуации виноват только он, Давид отдавал себе отчёт. – Но продолжать врать ей, тебе, себе, в конце концов, я больше не могу и не буду.