- Давид, я не смогу без тебя.
Глаза Вари стали чистыми. Она успокоилась и больше не плакала. Наоборот, лицо её не выражало больше никаких эмоций. Окаменело от шока. И говорила она тихо и спокойно. Давид сначала даже забеспокоился, не тронулась ли она умом. Но Варя рассуждала довольно осознанно, без особых странностей. И для себя Давид решил, что буря утихла, а самое трудное позади.
- Ты правда любишь её? – неожиданно спросила Варя. Она смотрела куда-то вдаль, через приоткрытую створку окна. Холодный ноябрьский ветер всё порывался прокрасться в кабинет, чувствуя накал страстей в этой небольшой комнате.
- Да. Я жить без неё не могу. Ни дня прожить, ни ночи.
- А со мной? – Варя развернулась к Давиду, – Выходит, что со мной, а точнее, без меня ты с лёгкостью мог обходиться. Хотя нет! Иногда по ночам ты всё же вспоминал о моём существовании. Верно?
Давид молчал. Он понимал прекрасно, что сейчас в Варе разгорелась обида, злость на него и, в какой-то степени, отчаяние, потому как видел он, что не безразличен бедняжке.
- Значит, ты только пользовался мной. А вот теперь стала не нужна.
- Варя, поверь, лучше так, чем если я буду продолжать этот обман. Ты, наконец, станешь устраивать свою личную жизнь. Я тоже подумаю о семье.
- Я не смогу без тебя, Давид. Не смогу. – Она опустила глаза и покачала головой.
Он не знал, как её ещё успокоить, какие доводы привести. Да и нужны ли они были? Уж точно не помогли б. Он редко объяснялся с бывшими возлюбленными. Зачастую просто-напросто пропадал, давая понять, что чувства остыли и былое уже не вернуть. Но с Варей Давид решил поступить честно, по совести. Так сказать, сжечь все мосты, чтобы начать новую жизнь с Настей.
Наконец, майор встал и подошёл к Варе. Опустившись перед нею на одно колено, он взял её ладошки в свои руки и сказал:
- Я не буду себя оправдывать. Знаю, мне нет прощения. И если ты так и не простишь меня, я всё пойму. Наверное, я повёл бы себя также. Но прошу тебя только обо дном: будь счастлива. С другим, с другими. Но только живи и наслаждайся этой жизнью. Не трать её больше на томительные ожидания пустых встреч.
- У меня больше никого нет. Был только ты и была мечта, что когда-нибудь мы будем вместе. А сейчас ты уходишь и забираешь мою мечту. У меня больше никого нет. – Варя тихонечко легла спиной на кушетку и упёрлась взглядом в потолок. Безразличным, лишённым жизни и эмоций взглядом, смотрела она прямо. Как будто дух покинул её тело.
Давид же поднялся на ноги. Его последними словами были:
- Всё забудется, всё пройдёт.
Он ушёл. А Варя продолжала лежать на кушетке. Долго или нет – не известно. Отныне время для неё не имело никакой значимости. Ни эмоций, ни чувств. Будто на самом деле душа её куда-то улетела, домой, оставив в кабинете только телесную оболочку. И только кулачок её правой руки всё крепче сжимал браслет, подаренный Давидом на прощание.
Глава 38
Тяжело Давиду было после разговора с Варей. То давящее, то распирающее чувства не давали ему покоя. Некая недосказанность осталась между ними. Давид это чувствовал. Но оставалось ещё много нерешённых вопросов, с которыми майору нужно было разобраться за предстоящую неделю.
И первым делом Давид отправился к лучшему другу.
Как всегда, Пётр Великий сидел у себя в кабинете, изучая последние сводки событий в стране и за её пределами.
- Здравствуй, дорогой! – поприветствовал его Давид, едва войдя в кабинет.
- О-о-о! Давид! Рад тебя видеть, дружище! – радостно воскликнул Пётр и, встав из-за стола, шагнул навстречу к другу.
Похлопав по плечу товарища, майор спросил:
- Как поживаешь?
- Да вроде и не плохо. А ты? Я вижу, что бодрее, чем при прошлой нашей встрече.
- Есть немного, - лукаво улыбнулся Давид и сел на стул, - Скажи-ка лучше, ты можешь на завтра отпроситься у руководства? Ты мне нужен после двенадцати.
- Дня или ночи? – с ироничной улыбкой на лице, уточнил Пётр.
- Дня, конечно! – засмеялся Давид. – Хотя… Думаю, что до 12-и ночи тоже может дойти.
- Интересное дело! – Пётр пододвинулся поближе к майору. Заинтригованный и вовлечённый в разговор, он внимательно посмотрел на Давида и продолжил, - Давай, Шальной, не тяни. Зачем это я тебе так срочно понадобился в пятницу.
Майор выдохнул и сказал:
- Я хочу, чтобы ты был свидетелем, на свадьбе.
Не понимая, о чём говорит Давид, Великий на всякий случай, переспросил:
- На какой свадьбе? Ничего не понимаю.
- Да на моей, конечно же! На чьей ещё? Когда я был посредником в таком деле?
Пётр достал папиросу, предложив закурить и другу. Давид не отказался.
- Так что? Согласен?
Великий молча курил и смотрел на друга. Улыбаясь, он раздумывал над его просьбой.