Впятером они вошли в просторный зал, в котором по всему периметру были расставлены столы. За ними усердно, не поднимая головы, трудились портнихи и закройщицы. Шум от работающих швейных машин стоял повсюду. В этом помещении трудно было о чём-то беседовать. Потому-то Инесса и повела гостей дальше, в свой, так сказать, кабинет. В небольшой, но уютной комнатке стоял мягкий красный диван, два кресла и журнальный столик. На нём пестрили яркие картинки – эскизы будущих нарядов.
- Прошу вас, располагайтесь, - с заботой радушной хозяйки предложила Инесса. – Может чай?
- Нет, Инесса, - перебил её Давид, - У нас мало времени.
- Давид Георгиевич, всё шо ви заказывали, я уже таки приготовила. Оно всё ждёт вас в надлежащем виде.
- Вот и отлично! Приодень наших дам. Да расстарайся по полной. Свадьба у нас сегодня.
- Шо? Прямо-таки свадьба? И сегодня? – И без того огромные глаза Инессы стали ещё больше.
- А что тебя удивляет? – засмеялся Давид, - То, что мы женимся, или что сегодня?
Инесса всплеснула руками:
- О-о-о! Примите мои поздравления! То, шо ви женитесь на Настеньке, так у меня не было никаких сомнений на вас счёт. Платье-то я не простое на сегодня приготовила. А вот то, шо это может произойти так скоропостижно, меня всё ж таки удивило. Хотя… Я вам как девушка, повидавшая в этой жизни и кое-что знающая за неё, скажу: потерять такой брильянт, как она, - Инесса кивнула головой в сторону смущённой Насти, продолжила, - Может только идиёт. А ви, примите за комплемент, на него ни разу не похожи.
- Спасибо, Инесса, - засмеялся Давид, - Ты, как всегда, весьма красноречива и щедра на похвалы.
- Та то простая констатация факта, Давид Георгевич!
- А я вот полностью согласен с прелестной мадам.
Но Инесса тут же поправила Петра:
- Мадмуазель!
Давид улыбнулся.
- Так вот, - продолжил майор, - Как ты уже, скорее всего, успела заметить, мы с моим другом уже при параде. А вот наши очаровательные спутницы…
Инесса окинула взглядом Настю, узнав на девушке платье её же ателье. Более того, именно этот наряд из синего кримплена со слегка завышенной талией и пышной юбкой, переходящей в прилегающий лиф, модистка посоветовала Насте взять на последней встрече. Кира была одета намного проще. Коричневое шерстяное платье с белой кружевной окантовкой рукавов и широким ажурным воротником, здорово напоминало школьную форму.
- Всё ясно! – наконец, прозвучал вердикт из её уст. – То, что я вам подыскала, будет в самую пору. Так, первоважнейше нам будет одеть невесту.
- Но нам нужно ещё одно! – напомнил Давид и посмотрел в сторону Киры.
- Тоже свадебное? – вполне серьёзно уточнила Инесса.
- Почему свадебное? Нет! – майор засмеялся и посмотрел на Киру, которая, казалось, и вовсе не понимает, что происходит и поправил сам себя, - Пока нет. Но наша свидетельница должна быть красивой и выглядеть не хуже невесты.
- Это моветон! – заявила Инесса. – Никто на свадьбе не должен быть красивее невесты! Это я вам говорю. А в вопросах красоты и стиля Инесса Коган кое-шо понимает.
- И причёски…
Давид не успел договорить, а Инесса уже воскликнула:
- А то я не догадалась! Образ – это не только одежда…
- Это состояние души, - продолжила за неё Настя. Все четверо, включая саму управляющую ателье, с удивлением посмотрели на молодую невесту. - Что? Ты мне сама когда-то так сказала.
- Да-а-а, - вздохнула Инесса и вполне серьёзно, даже с еле заметной грустью в голосе, добавила, - И ты оказалась способной ученицей.
- Это потому, что мне с учителем повезло!
- Это без сомнений!
Взгляд модистки проскользил по лицу Давида. Но, не дав прокрасться зависти и грусти, Инесса звонко хлопнула в ладоши и увела девчат в примерочную. Мужчины остались одни.
- Она интересная особа, - заметил Пётр.
Давид улыбнулся:
- Не то слово!
- Откуда ты её знаешь?
- Это длинная история.
- Так у нас, вроде, есть время, - Пётр посмотрел на часы и продолжил, - Пока дамы там прихорашиваются, всё равно заняться пока нечем.
- Ну в общем, слушай. Дело было в 46-м. Я тогда ещё в звании старшего лейтенанта ходил, только-только на службу в народный комиссариат госбезопасности поступил. После войны брали мы одну шайку налётчиков. Грабили они фраеров на улицах, квартиры обчищали. Много добра разного через притоны сбывали. Вот только серебро, золотишко и прочие драгоценные вещи, вроде картин и антиквариата, продавали они одному ювелиру. Хайфман Ефим Израилевич имя его было. Когда банду эту мы «накрыли»…
- А как вы на них вышли?
- Что называется, дело случая. Недалеко от МУРа была булочная. В тот день орудовал в ней карманник Лёшка Каравай. Подрезал он кошелёк у одной дамочки, а она возьми, да и в сумку полезь в ту же секунду. Почти что за руку его схватила.