Она хотела сказать ещё что-то, но голова пошла кругом. Держась за правый висок, Аня медленно опустилась на кровать. Андрей встал перед женой на колени и, обняв её ноги, положил на них свою голову. Улыбаясь, Аня ласково провела рукой по его волосам.
- Милый мой, родной. Я всегда буду с вами. А болезни и прочие невзгоды не могут нам быть помехой.
На что Андрей печально улыбнулся и закрыл глаза.
Колосов сдержал своё обещание и забрал Варю из больницы для душевнобольных. Возвращаться обратно, в снимаемую ею квартиру, бедняжка не захотела.
- Я не могу, Лёша, - сказала она Колосову. – Там я должна была со всем покончить. Меня там больше не должно быть.
Они сидели в машине. А за окном валил снегопад. Не было видно ни деревьев, ни улиц. Прохожие, накинув капюшоны на головы и надвинув головные уборы на лоб, брели по прохожей части, не поднимая глаз.
- И где же ты будешь жить? – спросил Алексей, тарабаня костяшками пальцев по рулю и прикуривая папиросу.
Варя ничего не отвечала. Только пожимала плечами и продолжала смотреть прямо перед собой. Улыбнувшись рассеянной, блаженной улыбкой она сказала:
- В психушке такой проблемы не было. Крыша над головой есть, койка, еда – полный пансион. Зря ты меня оттуда вытащил.
- Не говори ерунды! – Он открыл окно и сбил пепел тлеющей папиросы. – Значит так. Я отвезу тебя на одну квартиру. Там когда-то давно жил один мой товарищ. А теперь будешь жить ты.
- А где он теперь этот товарищ? – Варя перевела взгляд на Колосова. Месяц проведенный в психиатрической больнице оставил свой отпечаток в судьбе этой бедной девушки. – Что мне делать, если он вернётся?
- Он уже не вернётся. Никогда не вернётся.
Алексей докурил папиросу. Затем он повернул ключ в замке зажигания и повёз Варю в направлении дома, в котором когда-то жил Иван Колосов. Родной брат Алексея погиб на фронте в 1943 году. Долгое время Иван считался пропавшим без вести. А в 46-м Алексей случайно встретил однополчанина брата. Тот рассказал ему всю правду.
- Когда фашисты отступали, все мы рвались, словно цепные псы, чтобы навсегда прогнать вражью силу. В одной из стычек с сукиными сынами Иван-то голову и положил. Крепко они нас тогда пощипали. Но и мы дали им табаку нашего понюхать, чтобы помнили, не скоро возвращались. – Товарищ горько вздохнул и продолжил, - Добрый хлопец он был. Весёлый такой. А на баяне как играл. Вся рота заслушивалась. Всё частушками развесёлыми такими нас потчевал. Да, что и говорить! Ловко он с баяном управлялся. Ой, ловко!
Ехали они молча. Варя всё крепче прижимала к груди сумку с вещами. А Алексей всё вспоминал, всё думал.
Наконец, они доехали. Вместе с Варей Колосов стоял на пороге квартиры его покойного брата Ивана.
- Ну вот, будешь жить здесь, - сказал Алексей.
- Но-о-о, мне не чем тебе за неё платить, - Варя растерянно посмотрела на Алексея и опустила глаза.
На что Колосов ухватил её за осунувшиеся плечи и давай трясти, приводить её в чувства.
- Эй! Ты чего?! Какие деньги? За что? Мне ничего не надо от тебя. Только живи – и всё!
Варя молча стояла и смотрела на Алексея. Она никак не могла понять, почему он ей помогает. В жизни для неё никто просто так ничего не делал. А тут: и с того света вытащил, и из психушки в жизнь обычную пытается вернуть. А теперь ещё и обустройством её быта занялся. И тут в голове у Вари родилась одна мысль. Маленькая, призрачная и, в то же время, до тошноты ядовитая.
«А что, если это он всё делает по просьбе Давида?»
Она старалась прогнать все эти размышления прочь. Но как будто бы голос… Да-да, внутри Вари появился какой-то голос. И она по началу сильно боялась его. Но потом, не зная почему, стала разрешать говорить ему и даже изредка прислушиваться. Как будто бы другая Варя говорила внутри. Но на этот раз она силилась усмирить этот самый голос. Не дать сказать ещё хоть что-нибудь, напоминавшее ей о бывшем возлюбленном. Но как же сладка была забытая песнь, звучавшая из уст родившегося в ней той роковой ночью голоса. И как бы не пыталась Варя заглушить её, надежда в истерзанном сердце девушки ещё тлела. Надежда на то, что Давид помнит о ней. И пусть хоть и не самолично, но продолжает заботиться.
- Почему ты мне помогаешь? Тебя об этом кто-то попросил? – её голос дрогнул в надежде услышать позабытое имя майора.
Но Алексей, догадавшись о ком она подумала в первую очередь, ответил:
- Человек попал в беду. Как же я могу пройти мимо.
- А он? Он знает про мою беду?
- Нет, - сухо ответил Алексей.
В голосе его Варя услышала какую-то агрессию и сразу всё поняла. Очередная попытка реабилитировать Давида, оправдать его предательство не увенчалась успехом. В эту же минуту Варе стало несказанно стыдно за своё легкомыслие и наивность. Но именно сейчас она пообещала самой себе, что в отношении этого человека больше не позволит быть на столько глупой и доверчивой. Лёгкой поступью она прошлась по комнате. Алексей же стоял у двери и заворожено следил за её плавными движениями.