- Вот ты сейчас всякие глупости говоришь, а сама и не понимаешь, что сделала меня самым счастливым человеком на Земле.
- Правда? – тихонечко улыбнулась она.
- Правда. Теперь я точно знаю, что этот год будет ещё счастливее для нашей семьи.
А за окном зима не переставала сыпать воздушніе хлопья снега, застилая всё вокруг белоснежной скатертью Нового года. Шёл 1954 год.
Том 2
Оттепель Шального Том второй
Глава 1
Раскалённый солнцем июльский день приближался к концу. Щебетание птиц и несмолкаемое кваканье лягушек на берегу реки Пахра, что широкой тёмно-синей лентой струилась неподалёку, созвучно переплетались в сочной мелодии летнего вечера. Умиротворение и покой царили в этом, отдалённом от городской суеты, крае. И только кое-где были слышны весёлый раскатистый смех и песни военных лет. Их слушали, а главное, пели те, кто сбежал из шумных, невыносимо душных каменных джунглей, собравшись за одним столом со своими родными и близкими, уже изрядно выпив и успев отдохнуть. Но были в этот жаркий летний вечер 26 июля 1964 года в деревне Булатово Подольского района и те, кто приехал в этот уютный, утопающий в ядовито-зелёной сочности трав и цветов уголок, отдохнуть и отметить именины всеми любимой Ниночки. Девочка десяти лет в кремовом шёлковом платье, с ровной осанкой и довольно серьёзным выражением лица, старательно перепрыгивала тоненькими маленькими пальчиками с клавиши на клавишу громоздкого коричневого пианино, что стояло под навесом во дворе. Гости с восторгом слушали игру молодой исполнительницы, приготовив уже свои ладони для аплодисментов в награду за её старания. Но ещё с большим чувством гордости слушали исполнение своей крошки родители Ниночки – Давид и Настя. Среди гостей на даче Шелия в Подмосковье сегодня собрались самые близкие и проверенные временем друзья: Великие - Пётр и Кира с детьми Глебом и Верой, Андрей Одинцов с сыном Никитой, Александра Фёдоровна и Тихон Степанович. С большим интересом и умилением следили они за игрой маленькой Нины, которая была так увлечена исполнением отрывка из оперы «Евгений Онегин», что, казалось, не замечала никого вокруг. Наконец, прозвучал заключительный аккорд, и со всех сторон раздались громкие аплодисменты в честь именинницы. Искупанная в овациях, девочка вполне серьёзно встала из-за инструмента и поклонилась своим гостям. - Ну как я звучала, пап? - подойдя к отцу, спросила Нина. - Ты звучала великолепно, моя дорогая. - Давид никогда не скупился на комплементы для своих девчат. А тем более, если речь шла о его любимой дочурке. Он поднял Ниночку на руки и тихо шепнул ей на ушко: «А теперь командуйте, маршал». Нина в ответ подмигнула отцу и, хитро оглядев всех присутствующих, громоко продекламировала: - Прошу всех к столу. Будем пить чай с вкусностями. Под «вкусностями» подразумевалось следующее: конфеты шоколадные и мармеладные, печенье и крендельки и, конечно же, огромный торт, который Александра Фёдоровна самолично испекла по случаю дня рождения Ниночки, в которой, равно как и родители, души не чаяла. А так, как гости уже изрядно насытились, сладкий стол пришёлся весьма кстати. Особенно сладостям обрадовалось младшее поколение. Измазанные в шоколаде и креме от торта, дети были довольны такому завершению банкета, чего не скажешь об их мамах. - Ну ты посмотри на себя! - упрекала маленькую Веру Кира, оттирая румяные щёчки девочки от вишнёво-шоколадной пропитки торта. - Сколько тебя учить аккуратно есть? - Не злись на неё, дорогая, - довольно покуривая папиросу, сказал жене Пётр, - Она ещё ребёнок. - Ей в этом году в школу идти, а она за столом вести себя не умеет, - возразила ему Кира. - И потом, я столько времени уделяю воспитанию детей, а толку мало. – Тут же она переключилась на трёхлетнего Глеба, которого, скорее, забавляли хлопоты матери, чем заставляли менять своё поведение. И мальчуган с большим удовольствием размазывал растаявшую в пухлой маленькой ладошке шоколадную конфетку по всему подбородку. Нине понравилась беззаботность маленького гостя, и она тут же стала повторять за ним. Никита, который был старше Нины, Веры и, тем более, Глеба, тоже был не прочь пошалить с остальными ребятами и, откусив кусочек торта, не стал вытирать шоколадно-кремовые «усы» с верхней губы, что только развеселило остальных детей и даже взрослых. В общем, от озорства ребят за столом весело было всем, кроме Киры, которая по-прежнему оставалась сторонницей этикета и аккуратности. - Ну всё, с меня довольно, - сказала она, строго посмотрев на всех «замурзык», - Давайте живо умоемся, приведём себя в порядок и отправимся к реке. - Хорошая мысль, - весело поддержала подругу Настя, - Пора освежиться. Кто с нами? Давид почувствовал на себе взгляд супруги. - Лучше ступайте с Кирой и детьми сами, - ответил он, как показалось Насте, угрюмо, - А мы останемся вас дома дожидаться. - Я соглашусь с Шальным, - лениво произнёс Пётр, - Мы давно не виделись и нам есть о чём потолковать. А вам, дорогие вы наши, - он поцеловал ручку Киры, - Не интересно будет слушать наш трёп. - Ну, как хотите. Пойдём, Настя. Пожалуй, они правы. Что нам вечер просиживать с этими пеньками. Начнут сейчас на ревматизм жаловаться, давлением меряться. Все засмеялись. Шутка Киры понравилась даже детям. И только Настя грустно улыбнулась, а Давид не стал предавать этому значения. Или просто сделал вид.