едопределило моё будущее. После того, как мы побывали у неё тогда, в день вашей с Давидом свадьбы, мне открылся новый мир. - И ты, конечно же, сразу решила для себя, что будешь заниматься моделированием одежды, - с иронией сказала Настя. - Нет, не сразу. А после того, как приехала к ней за свадебным платьем. Мы разговорились с ней, подружились и когда она узнала, что я неплохо рисую, сказала: «Та Божеш мой, и шо ты молчала раньше, как рыба об лёд!» И я сделала ей пару эскизов. Инесса была в восторге. Признаться, я и сама увлеклась всерьёз этой работой. А когда за моё новое «хобби», так сказать, я получила ещё и приличные деньги… - Кира так увлечённо рассказывала, что во рту у неё аж пересохло от эмоций. – Ну да полно, что мы всё обо мне? Как у вас дела с Давидом? - Да как будто бы всё в порядке, - сказала Настя тихо и опустила глаза. Улыбка на её лице растаяла. - Ану-ка выкладывай! - Кира подсела поближе к Насте, придвинув к себе Глеба. Мальчик всё это время игрался со старым истрёпанным медвежонком – его любимой игрушкой. - Да что рассказывать? Рассказывать и нечего. Он днями на работе, в командировках почти всё время. По выходным приезжает к нам на дачу. Вроде бы и ничего такого, да я-то вижу, что его тревожит что-то. - С чего ты это взяла? - Понимаешь, - Настя по привычке посмотрела на резвящуюся у воды Нину и снова перевела взгляд на подругу, - Вот разговариваем мы с ним – он здесь, рядом, а мыслями – далеко-далеко. Не со мной. Где-то. - Подумаешь. Переживает человек. Работа у него, поди, не сахар, - стала оправдывать Давида Кира. - Я тоже так думала. Устаёт, мол, работа нервная, всё время в разъездах. За семьёй скучает. - Вот-вот. Правильно говоришь. - Да ничего неправильно! - возразила ей Настя. – Он на дачу приедет, закроется у себя в кабинете и сидит. Иногда Нину с собой берёт. А мне туда хода нет. Как-будто бы не замечает меня, а то и вовсе – избегает. Скучал бы, то так себя не вёл. - Слушай, Настя, а может-быть Давид себе любовницу завёл? - тихо сказала Кира и губы ладошкой прикрыла. Будто бы сама испугалась того, что вслух произнесла. Настя посмотрела на подругу глазами полными слёз и отчаяния. И Кире до того стало её жаль. Она обняла подругу и сказала: - Вот мы с тобой дурёхи! Ну где он ещё такую умницу да красавицу отыщет? – Настя едва сдерживала слёзы. Она не хотела, чтобы дочь видела её рыдающей на плече подруги. – Ну всё, перестань. Давид не из тех, кто за спиной у жены по другим бабам бегать будет. - Тогда скажи мне, в чём дело? Почему он сторонится меня? О чём он постоянно думает? – растерянно выпытывала ответы на свои же вопросы Настя. - Вот это, моя милая, тебе и предстоит узнать. А плакать тут нечего. Слезами горю не поможешь. Поняла меня? - Поняла, - твёрдо сказала Настя и вытерла влагу, собравшуюся на её ресницах. А дети тем временем шумели и резвились у воды. Весёлые крики озорников разносились по всему берегу. По очереди они бросали камни в воду, соревнуясь между собой. Лучший результат был пока у Нины. А иначе и быть не могло. Она каждый раз, приходя с матерью на речку то и делала, что метала камушки в воду. Не отставал от неё и Никита. А Вера как ни старалась, никак не могла их обставить. Если для Никиты и Нины эта игра была скорее развлечением, то для Веры она стала настоящим испытанием. Как-будто малышка хотела что-то доказать прежде всего самой себе. Ожидая своей очереди, Нина присела на корточки. - Не садись на траву, - крикнула Настя дочери, да только та отмахнулась рукой. - Ты испачкаешь платье! Нина, я кому сказала?! - Ну и что? Его и так уже все видели и оценили. И потом, я его больше не буду одевать. - Это ещё почему? - удивилась Настя. Киру, по-видимому, тоже заинтересовал их разговор, и она повернулась в сторону Нины. - Потому-что оно меня полнит! - Что? - улыбнулись Настя и Кира, одновременно повторив свой вопрос. - Да-да, - Нина демонстративно вздёрнула и без того курносый носик, - Мне об этом Верочка сказала и я с ней, пожалуй, соглашусь. Настя и Кира с умилением слушали рассуждения десятилетней девочки, которая была точной копией своего отца. Тёмно-карие глазки с пушистыми длинными ресничками и аккуратно собранными в тоненький колосок бровями внимательно и метко, до самой первопричины проникали во всё, что окружало эту крошку. А маленькие пухлые губки, румяные щёчки и вздёрнутый носик делали её личико милым и интересным. К тому же, пышные кучерявые волосы каштанового цвета выдавали её неугомонный озорной нрав. Нина взяла небольшой, старательно отточенный водой, гладкий камушек и замахнулась с такой силой, что не удержалась на месте и со всего размаху плюхнулась в реку. Камень пролетел над водой и упал где-то на другом берегу в зарослях ракиты. - Вот это да! – вырвалось из уст Никиты, - Вот это молодец! Он помог Нине выйти из воды, но сандалии, носочки и перед платья её стали полностью мокрыми. - Ну вот, доигралась, - раздосадовано сказала Настя и, встав с пледа, отправилась за дочерью. - Тебе сейчас влетит, - тихо сказала Вера. На что Нина виновато опустила голову вниз и буркнула себе под нос: - Не влетит. - Так, Нино̀, - подошла к ней Настя и, взяв дочь за руку, повела за собой, подальше от воды, - На сегодня игра закончена. - Мама, ты видела? Я дальше всех бросила камень! – Нина пыталась увести от себя наказание и вернуться к ребятам. Но её старания были напрасными. - До конца вечера ты будешь сидеть рядом со мною. Ты меня поняла? Девочка видела, что мать была непреклонна и ей ничего не оставалось, как послушаться и не отходить далеко. Нина сняла мокрые носочки и сандалики, поставила их рядом с пледом и, спрятав за щёку карамельку, принялась играть с маленьким Глебом, чему тот был безмерно рад. А Вера и Никита продолжали состязание, хотя им было очень жаль, что Ниночку дисквалифицировали досрочно. Но Вера не унывала. Камень за камнем она бросала в воду, пытаясь выиграть у Никиты. - Ура! – радостный крик девочки раскатисто прозвучал и разлился по всему берегу, - Я победила! Я же сказала вам, что победю, то есть, побежу. Ну, в общем, выиграю. - Вера! Тише ты, Глеба напугала, - пыталась утихомирить дочь Кира. Да где там! Вера прыгала на одной ножке и хлопала в ладоши от радости. - Дети, - иронично сказала Кира, - Как мало им для счастья надо? А тем временем солнце всё ближе и ближе клонилось к горизонту. От воды повеяло прохладой. А свежий ветерок напомнил всем, что пора домой. Нина и Никита шли по дороге к даче. За ними прогулочным шагом брели Кира и Настя. Глеб сидел на руках у матери, положив голову ей на плечо, и устало глядел на свою старшую сестрёнку. Вера шла позади всех и напевала себе под нос какую-то весёлую детскую песенку. На маленькие плечики её была надета летняя курточка Никиты. Он отдал её девочке, когда та стала капризничать и жаловаться, что замёрзла. - А ты ведь подыграл Вере? Верно? – спросила Нина у Никиты. - С чего ты взяла? - Я видела. А вообще, ты правильно сделал. Она бы не успокоилась. - Какая разница. Всё равно выиграла ты. Так, что я должен тебе одно желание. - Ничего ты мне не должен, - покачала головой Нина, - Вера выиграла… - Её желание выполнено, - перебил её Никита, напомнив ей про свою курточку. - Ну тогда, давай возьмёмся за руки – вот это и будет моим желанием, - хитро прищурив глазки, сказала Нина. Никита улыбнулся. Он покачал головой, давая понять, что не согласен с подругой, но охотно взял ручку Нины в свою. Так и продолжили они путь вместе, держа друг друга за руки. - Всё забываю спросить, - сказала Настя, - Как поживает Инесса. Кажется, сто лет её не видела. - Инесса? – Кира усмехнулась, держа на руках сонного Глеба, - Она как всегда жизнерадостна и весела. Ты знаешь, что я обнаружила сама для себя недавно? - Понятия не имею. - А вот что: человека с более позитивным настроем и оптимизмом я ещё не встречала. И это несмотря на то, что она совсем недавно овдовела. - Да ты что? – Настя очень удивилась и даже малость расстроилась, услышав такую новость. – Бедняжка. И как она? - Сначала переживала, конечно. Но Григорий Иванович, земля ему пухом, знал на что идёт, беря в жёны Инессу Коган. В его-то годы, - Кира покачало головой. - Сколько ему было, когда он умер? - Семьдесят шесть. Как-то Инесса сказала мне, причём совершенно серьёзно: «Ты представляешь себе, Кирочка, какое свинство с его стороны – вот так взять и умереть! Ну просто таки оставил меня одну, со всеми своими родственниками и обязательствами, а сам взял и скончался. Эти мужики совсем за нас не думают! Хоть с наследством не подвёл». Я слушала её и еле сдерживала смех. Кира и Настя свернули на улицу, в конце которой их ждала дача с маленьким уютным садиком, качелями и белоснежной плетённой беседкой. - Но прошло два месяца, - продолжала свой рассказ Кира, - Инесса расправила крылышки, и теперь неунывающая вдова генерала Довлатова открыла своё собственное «Ателье Мадам Инессы» и живёт в своё удовольствие. - Вы часто видитесь? - Довольно-таки частенько. Я рисую наброски и эскизы к её моделям. Мы вместе придумываем наряды для новых коллекций, и мне это очень нравится. Вообще, работать с Инессой – сплошное удовольствие. - Вдалеке уже виднелась калитка и забор дачи. Кира, устав нести сына на руках, вздохнула с облегчением. - Давай я помогу тебе, возьму Глеба? - Не стоит. Да мы уже почти пришли.