Плыву по течению, как поплавок, - он впервые за последние десять минут обратил внимание на свою удочку. Но поплавка не было. Он утонул. - Андрюха, тяни его! Подсекай! Давид замер в ожидании улова. Андрей же резко рванул удилище и через мгновение, просвистев над их головами и упав на землю, в траве барахтался лещ длиною в две ладони. - Какого красавца поймал! Молодец! – Давид от радости похлопал друга по плечу. - Ну в чём-то же должно повезти, - улыбнулся ему в ответ Одинцов. – Вот теперь есть с чем домой идти. И снова, надев приманку на крючок, Андрей забросил её в реку. Поплавок запрыгал на воде. А Давид зачерпнул в ведёрко немного воды из реки и бросил в него только что пойманную рыбину. - Ну, с почином, - сказал он и сел рядом с Одинцовым. - Да что мы всё обо мне? Как у вас-то дела? Как Настюшка? - Да как дела? Разговоры о втором ребёнке, вроде как, прекратились. Только ты же знаешь Настю. Это всё до поры. - Почему бы тебе не уступить любимой жене? Что за категоричность в этом вопросе? - Да ты что, Андрюха! Об этом не может быть даже речи! Ты ведь помнишь, как она тяжело Нину рожала? Даже врачи гарантий никаких не давали, что выживут. Я тогда мою Настюшку чуть не потерял. И больше испытывать судьбу не хочу. - Сколько тебя знаю, ты всегда мечтал о наследнике, о сыне. О том, кто продолжит династию Шелия. - А мне и Нины с головой хватает! – Давид вспомнил о дочери, и улыбка осветила его лицо. – Она же – сущий сорванец, мальчишка в юбке. Вот она и есть – мой наследник. А фамилия… Поживём-увидим. Надеюсь, что на мне фамилия Шелия не прервётся. А жизнью и здоровьем любимой женщины ради своих амбиций я рисковать не стану. - Может, нужно поговорить с врачами? Наука, а тем более медицина, она не стоит на месте. Возможно, за десять лет многое поменялось? Давид покачал головой. - Мама Киры следила за беременностью Насти. Она сказала, что второй ребёнок исключён. Иначе, я останусь отцом-одиночкой и, в лучшем случае, с двумя детьми на руках. Давид замолчал. Чтобы прогнать мрачные мысли как можно дальше, он перевёл взгляд на поплавок своей удочки, и сердце его забилось сильно-сильно. Поплавок резко пошёл ко дну. Давид не растерялся и в ту же секунду рванул резко удочку вверх. - А вот и моя добыча. На дальнем конце удочки, заглотив полностью заброшенную наживку, трепыхался и раскачивался в разные стороны крупный карп, почти того же размера, что и лещ, пойманный Андреем. - Осталось нам с тобой ещё одну рыбину, не меньше этих двух достать и можно домой возвращаться. - Это чтобы оправдать вон того тунеядца? – Андрей, назвав так Петра в шутку, кивнул головой в его сторону. - Да, - усмехнулся Давид. – Ты смотри! Даже ухом не поведёт! Он снова забросил свою удочку, и беседа двух друзей продолжилась. - Так что, пока Настя успокоилась, и мы не возвращаемся к этой теме. - Но мне, быть может, просто показалось, что она всё равно чем-то обеспокоена. Разве нет? - Есть такое дело, - тяжело вздохнул Давид. – И её беспокойство заключается в моей работе. Я ей уделяю больше времени, чем семье. От этого Настя здорово расстраивается. - Что? Сурков прохода не даёт? - Да. И не то, чтобы прохода не даёт. Просто мешает, а потом ещё и нагоняй делает, - посетовал Давид. - У меня тоже всё обстоит не лучше. От важных дел отстраняют. Словно боятся, что я возьму и докопаюсь до правды, разоблачу преступников. – Андрей закурил папиросу. – Даже смешно! Старший следователь генеральной прокуратуры, а занимаюсь не понятно чем. Бумаги на столе перекладываю. – От обиды он даже сплюнул в сторону. - А у Колосова как дела? Давно общались? - Что ты, Давид! К подполковнику Колосову Алексею Петровичу на приём попадёшь только по записи. - Даже старшему следователю? Не говоря уже о друге? - В общем порядке, - сухо ответил Андрей. – Слишком высоко взлетел наш Лёха. А таких, как он, как оказалось, власть портит. Ой! Да ладно, - махнул рукой Андрей. – Нам его не судить. В этот момент Давид и Андрей услышали какую-то возню за спинами. То Пётр проснулся и пытался встать на ноги. И всё бы ничего, да только тело его затекло полностью. От того Пётр не мог сдвинуться с места. Наконец, он перевернулся на живот и, пролежав так около пяти минут, поднялся на ноги. Немного пошатываясь из стороны в сторону, он направился к друзьям. - Каков улов? – как ни в чём не бывало спросил Великий. - А сам посмотри. Пётр склонился над ведром с уловом, которое стояло возле Одинцова. - Да-а-а, не густо, - деловито протянул Великий. – А как дела у Тихона и Никитки? Давид и Андрей переглянулись. Они совсем позабыли про них и уже упустили из виду. - Я так и думал. Стоило мне на десять минут прикорнуть, как все уже разбежались в разные стороны. Ладно, - вздохнул Пётр, - Пойду разыщу их. Может у Тихона и Никиты дела получше обстоят? - Нет, Шальной, ты только посмотри на этого рыбака! - Да-да! А вам, чтобы не стыдно было домой возвращаться с таким бедным уловом, ещё по одной следовало бы поймать. Как минимум! – сказал Пётр деловито и шутя. - Вот это командир выискался! - Ничего-ничего, пусть покомандует, полковник! – весело сказал Давид. – А то дома ведь генералы его муштруют! Андрей громко засмеялся, прекрасно догадываясь, кого Давид «генералами» называет. А Пётр только улыбнулся им в ответ и уже было развернулся в другую сторону. Но вдалеке, метрах в четырехстах, показались две фигуры. - Смотрите! Да вон же они идут! Давид и Андрей поднялись на ноги. Присмотревшись повнимательнее, они увидели в стороне Тихона, а рядом с ним и Никитку. На правом плече своём мальчик нёс удочки, а старик, крепко ухватившись рукою, держал плотный полотняный мешок. Андрей, всматриваясь вдаль и щуря глаза, выдохнул: - Небось-таки поймали щуку! Как в воду глядел. - Отец, поздравь меня! – Никитка от радости просто сиял. Он подбежал к Одинцову и говорит, - Я в первый раз в своей жизни живую щуку поймал! - И большую? - Вот такую! Он вытянул перед собой левую руку, а ладонь правой приложил к плечу, показывая всем, какого размера его улов. Тихон тем временем развязал мешок и вытряхнул на траву двух щучек. Одна была покрупнее и изворотливее другой. Общий вес их добычи килограммов на 8-9 затянул. - Вот! Моя та, что больше! - Молодец, сынок! – похвалил его Одинцов, взъерошив при этом тёмно-русые волосы сына. - Та-а-ак, - тяжело вздохнул Великий, – Получается, что все поймали по рыбине, а я приду домой вот так! С пустыми руками. - Так ведь, когда спишь под деревом в тридцати шагах от берега, рыба-то не очень и ловится, - сказал Андрей и засмеялся. А Давид подошёл к другу и, обняв его свободной левой рукой, сказал: - Да не унывай ты! Всё равно весь наш улов в один общий котёл пойдёт! – Он протянул перед собой ведро с двумя рыбинами. – Сейчас на дачу вернёмся, костёр разведём, ухи наварим. Вон, Тихона попросим. Он знаешь какую уху варит! Ммм! Просто объединение! - А чего меня просить? Я завсегда-пожалуйста! – Без лишних слов Тихон ловко закинул щук обратно в мешок да затянул его потуже. - А я больше жаренную рыбу люблю. Хотя и от ухи тоже не откажусь. Давид подмигнул Андрею и скомандовал: - Ну в таком разе, братцы, сматываем удочки и держим курс на дачу! Рыбалка чисто мужской компанией была завершена.