Давид внимательно слушал и анализировал всё то, что говорил ему Лунёв. А ещё он сделал вывод, что Константин Фёдорович сильно переживает по этому поводу: несколько раз вскакивал со своего кресла и курил папиросу одну за одной.
«Похоже на верху всерьёз обеспокоены недостачей золота, раз он так взволнован», - подумал Давид.
- Как ты уже наверняка понял, товарищ Шелия, такое положение дел не может оставаться без нашего внимания. Добыча золота, Давид Георгиевич, является стратегически важным промыслом для нашей страны и касается всех отраслей и структур организации.
Лунёв замолчал и прошёлся по кабинету, заведя руки за спину. Давид хорошо знал манеру ведения разговора начальника. Перебивать полковника было очень плохой идеей, и майор всегда молчал, пока тот сам не задаст конкретный вопрос. А чтобы как можно точнее и правильнее ответить на него, нужно было просто дать возможность начальнику изложить всю суть проблемы.
- Разобраться, в чём дело и с чем связано снижение добычи, а самое главное, кто за этим стоит, - Лунёв сел рядом с Давидом и добавил, - Наша первостепеннейшая задача, товарищ Шелия.
- Когда я должен вылетать?
- Незамедлительно! И чем раньше ты всё выяснишь, тем лучше. Расследование, а главное – результаты, должны быть у меня как можно быстрее. Отправляйся в Магадан, в главное управление «Дальсталя» к начальнику Митракову Ивану Лукичу.
- Он знает для чего я лечу к ним?
- Ни в коем случае! Об истинной цели твоей командировки не должен знать никто. Это может вспугнуть преступников и всех тех, кто, возможно, замешан в хищении золота.
- Тогда, товарищ полковник, какова моя официальная цель визита в солнечный Магадан?
- Ты отправляешься туда с ежегодной плановой проверкой. И, причём, один, чтобы не вызывать никаких подозрений. Да, и самое главное, - полковник наклонился к Давиду поближе и тихо продолжил, - Будь максимально осторожен и осмотрителен. Это весьма опасное и ответственное дело я могу поручить только тебе. – Затем же, повысив голос на несколько тонов, уже вполне громко и официально, как будто в кабинете помимо их двоих присутствовал кто-то ещё, добавил, - Мы ждём от вас, товарищ майор, детального доклада о всём, что узнаете и сможете разведать. Всё необходимое: деньги, документы, направление на проверку вы получите у моего секретаря Тамары Павловны. Вопросы есть?
- Суть дела мне ясна, товарищ полковник. А с деталями разберусь по месту прибытия. Разрешите идти?
- Иди, майор, и помни: излишняя осторожность и внимание тебе только помогут.
- Вас понял, товарищ полковник. Ждите с докладом, - сказал Давид и, убедившись, что от него более ничего не требуется, покинул кабинет Лунёва.
Получив всё необходимое для командировки, майор вернулся к служебному автомобилю. За рулём в тревожном ожидании сидел Тихон. Он знал, что не просто так, на дружескую беседу вызвал майора первый замминистра МВД. Видимо, какое-то важное дело предстоит выполнить Давиду Георгиевичу. И Тихона его предчувствие не подвело. За годы работы у майора Шелия, Тихон Степанович к нему сильно привязался и любил его, как сына. Из родных у старика осталась только дочка, которая жила с мужем и двумя сыновьями в Саратове. Зять Тихона Степановича был преподавателем тактики в Саратовском военном училище. А дочь работала учительницей начальных классов в школе. Супруга же Тихона умерла ещё в 1938 году, от чахотки. Так что жил он один одинёшенек в Москве и никого ближе Давида Георгиевича у старика не было. А товарищем Тихон Степанович был что надо. Ещё на войне не раз ходил в разведку и тайны свои, а главное чужие, научился хранить. Исполнительным он был человеком и надёжным. Да и поговорить с ним всегда можно было о жизни. Интересные и поучительные истории рассказывал Тихон. Давид тоже ценил его и уважал как старшего товарища, ведь, за семь лет работы не подвёл он майора ни разу.
- Поехали, Тихон Степанович, домой. Мне нужно собираться в дорогу.
- Вас отправляют в командировку? – спросил Тихон, подскочив к двери автомобиля.
- Да брось ты! Что мы как при царе?! - Давид сам ухватился за металлическую ручку.