- Потерпи, Давид Георгиевич. Ещё трошки осталось, - приговаривал Владимир Иванович.
И через 20 минут их автомобиль остановился у стен местной больницы. Это было мрачное, серое, двухэтажное здание, у главного входа которого стоял УАЗик с красным крестом на боку. Её водитель и фельдшер, увидев резко затормозивший служебный автомобиль, поспешили на помощь, понимая, что что-то стряслось.
- Здорово, хлопцы! - спешно протараторил Звягинцев, – Подсобите маленько. Товарища майора надо к врачу отвести.
- А что случилось, товарищи? – спросил фельдшер.
Вместе с водителем скорой помощи он стоял со стороны Владимира Ивановича и Давида видел только краем глаза, как и всех остальных пассажиров служебной «Чайки». Но лишь немного опустив голову пониже, фельдшер заметил окровавленную руку, за которую держался майор и пытался пересилить боль. И тут же рядом с раненным он заметил молодого паренька, со связанными в области запястья руками.
- Слушай, товарищ, - отрывисто обратился к нему Владимир Иванович. Он спешно выскочил из машины и открыл дверь заднего сиденья, где находился Давид, - Как тебя величать?
- Виктор Сергеевич, - ответил фельдшер.
- Виктор Сергеевич, это - майор госбезопасности. Он прибыл к нам из Москвы. У него огнестрельное ранение. Срочно нужна медицинская помощь. Медлить никак нельзя. Ты ему помоги. Сделай всё как следует. Ты же доктор?
- Я – фельдшер, - уточнил тот.
- Вот и отлично, что фельдшер. Вот и славно! Подмогни товарищу майору. А мне надо заняться вот этими субчиками.
Виктор Сергеевич и его друг водитель наклонились ещё ниже. До этого они видели только двоих пассажиров. Но заглянув в салон автомобиля, их взору предстала следующая картина: на переднем пассажирском сиденье, перекосившись вправо, лежало бездыханное тело зека. Кровь бурой полосой запеклась на его шее.
- Может быть, милицию вызвать? – осторожно спросил фельдшер.
- Милицию? Это можно! Милицию обязательно надо вызвать! Эти зеки нам на дороге в Магадан повстречались. Засаду нам, значит, с товарищем майором устроили. Да вот сами в свои сети и попались, – пояснил Владимир Иванович. – Вот теперь пущай этими беглецами милиция и занимается. Думаю, их уже давно за решёткой заждались дружки-уголовники, - и Звягинцев сурово так посмотрел на Кота. А тот только глаза опустил и больше не смотрел в сторону Владимира Ивановича.
- Давайте, товарищ майор, осторожно только. - Виктор Сергеевич, немного прояснив для себя ситуацию, стал помогать раненному. Кровь испачкала весь левый бок Давида. Создавалось такое впечатление, что ранен он был не в руку, а намного серьёзнее.
- А ну-ка, Коля, - повернул голову в сторону водителя Виктор Сергеевич, - Зови скорее санитаров с носилками. Да поживее!
- Какие там санитары?! – низким голосом прохрипел Давид. – Владимир Иванович, возьми обрез и следи, - он махнул головой в сторону Кота. – А Николай пусть отвезёт вас в милицию. Да про «подарочек» в багажнике не забудь.
Силы его были на исходе. Виктор Сергеевич подошёл к майору и помог встать с сиденья. Зажимая рану правой рукой, Давид поднялся по ступеням к парадному входу. А Владимир Иванович и водитель скорой помощи Николай повезли уголовников в милицию.
- Батюшки святы, - воскликнула Ульяна Ивановна, увидев Виктора Сергеевича и незнакомца с окровавленной рукой.
Она без малого 40 лет проработала медсестрой и многое повидала на своём веку. Увидев раненного, Ульяна Ивановна сразу смекнула, что надо действовать безотлагательно. Она спешно зашагала по длинному коридору, показывая Виктору Сергеевичу, куда именно определить Давида.
- Сюда, сюда, Виктор Сергеевич! – распахнула она двери операционной и включила свет.
- Сейчас, товарищ майор! Осталось чуть-чуть - и мы вам поможем, - приговаривал Виктор Сергеевич. - Вот сюда, заходим. Вот мы и на месте.
Голованов Виктор Сергеевич был немного старше Давида. Но дело своё он хорошо знал. Это ведь он тут фельдшером числился. А на самом деле и терапевтом был, и хирургом, и педиатром, и акушером-гинекологом, если надо. В общем, на все медицинские руки, как говориться, мастер.
- Помогите, Ульяна Ивановна, - отрывисто скомандовал Голованов, - Снимайте одежду с раненного. И аккуратно освободите рану от повязки. Это вы правильно, товарищ майор, придумали с ремнём. Так-то значительно меньше кровопотеря.
- Давид, - сухо проговорил майор.
- Не понял?
- Меня зовут Давид.
- Очень приятно, - улыбнулся Виктор Сергеевич, стараясь немного подбодрить раненного.
А сам, тем временем, стал обрабатывать руки спиртом готовясь к операции.
От жгучей боли в левой руке, которая перешла на плечо, Давид хрипел. Сжимая крепко зубы и закрывая глаза, он старался мужественно переживать мучения.