- Терпеть ненавижу, когда в этих стенах мужчины пытаются командовать, - усмехнулась Инесса и хлопнула в ладоши.
В ту же секунды к ним подскочили две девушки и принялись обмерять Настю. Они кружились вокруг неё, порхали, словно две пчелы над едва распустившимся бутоном розы.
Инесса тоже не оставалась в стороне. Оставив Давида на мягком плюшевом диване, она принесла стопку журналов с самыми модными эскизами одежды. Не сводя взгляда с Насти, она принялась быстро перелистывать страницы с моделями и выкройками. После того, как последние замеры были сделаны, Инессе предстояло самое интересное – определить стиль и фасон нарядов, идеально подходящих Насте.
- Фасон должен соответствовать не только фигуре и особенностям строения тела, но и характеру, харизме каждой женщины, - пояснила Инесса, перейдя для понимания на обычный, московский говорок. – Наряд – это не просто кусок материи, от которой отрезали всё шо лишнее. А потом взяли и завернули в неё меня, тебя, да кого угодно! Нет. Наряд, костюм, платье – это твоя внутренняя, индивидуальная особенность, выраженная в том, шо на тебя надето. Твой характер, твой протест, твоя религия. В конце концов, это проекция твоего внутреннего мира. Поэтому, ми будем шить тебе, моя дорогая, такое, шо и модно, и подходит только под тебя: современное, красивое и индивидуальное.
- Как это? – тихо спросила Настя.
- Как паспорт. И знаешь, - Инесса призадумалась, пристально оглядывая Настю, - Мне кажется, шо у нас для тебя уже таки есть одна вещь. В готовом виде.
И Инесса быстренько выпорхнула из мастерской, а Настя продолжала с огромным любопытством рассматривать готовые и, не совсем, платья на голых манекенах. Работа закройщиц и швей кипела. Негромкий шум работающих швейных машин напоминал какой-то ритмичный, хорошо отрепетированный мотив. И весь этот рабочий процесс не прекращался ни на минуту.
Настя сидела, словно на пьедестале и крутила головой по сторонам. Смешная, даже слегка напуганная. Казалось, она до конца не понимала, что с ней происходит. А Давид наблюдал за Настей, поднеся свою правую руку к подбородку, и тихонько улыбался. Ему очень хотелось увидеть, на сколько могла преобразиться она в этой волшебной швейной стране. А ещё его внимание, время от времени, привлекали симпатичные модистки и манекенщицы, позировавшие на низком подиуме в нарядах, из новой коллекции ателье.
И вот, не прошло и пяти минут, как вернулась Инесса и две её шустрые, расторопные помощницы. Они принесли несколько нарядов самых модных и изящных фасонов.
- В нашей нынешней моде женщины и те, хто к ним хоть малость относятся, предпочитают платья прилегающего силуэта. Шо это такое ви меня спросите? Ви спросите, а я вам таки отвечу. Это прямая юбка в сочетании с мягким или прилегающим лифом. Юбки, зауженные у колен и прикрывающие их же на два пальца. А как вам нравятся юбки-бочонки? – Инесса ткнула пальцем в один из манекенов, что стоял неподалёку именно в такой юбочке из жаккарда.
Настя неуверенно пожала плечами и посмотрела на свою наставницу. Инесса поняла её без слов. Она бросила взгляд на одну из своих помощниц и кивнула в сторону ширмы:
- А ну-ка, Анастасия, примерь-ка первое произведение «не так себе» искусства, созданное в этих стенах.
И Настя, всецело повинуясь модистке, проследовала за пёструю ширму. Одна из помощниц юркнула следом за ней, прихватив с собой наряд. Когда же, спустя пару минут, Настя выглянула из своего укрытия и прошла мимо Давида, он даже не сразу понял, что это была именно она. Майору показалось, что одна из моделей ателье продефилировала мимо. Поднявшись взглядом до уровня глаз, он понял, что за красавица прошла только что перед ним. Да, именно этого он и ждал. Превращение из неприглядной, замотанной в мрачный кокон куколки в прекрасную, украшающую своей красотой мир, бабочку состоялось. Перед ним стояла Настя в великолепном, светло-бежевом платье из набивного нейлона, щедро украшенном узором ярко-алых роз. На ногах её красовались туфли-лодочки в тон платью. Волосы аккуратно держал широкий обруч алого цвета, а в правой руке Насти красовалась маленькая дамская сумочка.
- Ну, и шо я вам говорила? Картинка! – гордо продекламировала Инесса.
Глаза Насти блестели. Она чувствовала такую лёгкость и невесомость, что казалось могла взлететь от радости. В ту же минуту со стороны зрительского зала, в котором сидел только Давид, прозвучали аплодисменты.
- Настя – ты просто красавица, - продолжая пребывать в полнейшем восторге, выдохнул он. И, надо сказать, ей неимоверно приятно было слышать слова майора.
- Это всё благодаря Инессе, - скромно ответила Настя и посмотрела на свою наставницу.