Давид в ответ пожал его руку и произнёс:
- Шелия Давид Георгиевич.
- Очень приятно, Давид Георгиевич, - не выпуская руки столичного гостя, Митраков продолжал трясти её, пока, наконец, не предложил, - Прошу, располагайтесь.
Иван Лукич указал майору на длинный коричневый стол для совещаний и ряд стульев, приставленных к нему же. Особо не мешкая, Давид занял удобное место. А Владимир Иванович, тем временем, оставил их, заранее предупредив:
- Если я вам понадоблюсь, то я внизу, в машине.
- Хорошо, Владимир Иванович, ступай. Да распорядись там, чтобы нашего дорогого гостя разместили в лучшем номере гостиницы и снабдили всем необходимым.
- Сделаем, Иван Лукич, - радушно улыбнулся он и посмотрел на Давида.
- Да за сохранностью вещей проследи тоже. Если что пропадёт…
- Обижаете, Иван Лукич, - развёл руками Звягинцев, - У меня сохраннее, нежели в швейцарском банке.
- Ну, ступай. А нам с Давидом Георгиевичем нужно пообщаться, дела кое-какие обсудить.
Владимир Иванович понимающе кивнул и вышел из кабинета. Митраков, тем временем, не стал занимать своё рабочее кресло, а, пододвинув стул, сел рядом с майором.
- Ну-с, как долетели? – начал он из далека. Притянув хрустальную пепельницу поближе, Иван Лукич прикурил папироску и внимательно, щуря свои и без того маленькие глазки, посмотрел на Давида.
- Спасибо. Всё в порядке. Холодно, правда. Как не утеплялся, а всё же пришлось помёрзнуть.
- Так может чайку? Или чего покрепче? – стараясь всячески угодить гостю, предложил Митраков.
- От чайку не откажусь. А вот на счёт «покрепче», то и это хорошо бы, но попозже.
- Один момент, - Иван Лукич быстренько встал и подбежал к двери своего кабинета. Слегка приоткрыв её, Митраков позвал секретаршу, - Лидочка! Лидия Тимофеевна! Сделайте нам с товарищем майором чайку. Ну и что-нибудь к нему же, родимому.
- Сию минуту, Иван Лукич, - нежным, приятным голоском ответила секретарь.
Давид её не смог увидеть. Помехой тому была дверь. Но по голосу он определил, что Лидия Тимофеевна была молодой особой, лет двадцати пяти плюс, минус. И его предположения были верны.
- Курите? – Митраков пододвинул пепельницу к Давиду. Но тот отрицательно покачал головой.
- После войны завязал. Дурное это дело. Увлекает, - ответил майор.
Не прошло и пяти минут, как дверь в кабинет распахнулась, и на пороге появилась низенькая, слегка полноватая, светло-русая девушка с миленьким круглым личиком. В руках у неё был металлический поднос с цветастым фарфоровым чайничком, над носиком которого собирался белёсый дымок. Рядышком стояли две такие же пёстрые чашечки на блюдцах, из того же сервиза. Кроме них на подносе было блюдце с аккуратно нарезанным лимоном, сахарница с ровными кубиками рафинада и кисе, заполненное до краёв ароматным домашним печеньем.
- Рекомендую, Давид Георгиевич. Отведайте печенье Лидочки. Она у нас рукодельница высшей масти! Сама печёт. А готовит как отменно!
- Скажите, тоже, - смущённо улыбнулась девушка и посмотрела на Давида.
Тот, не мешкая, взял один кусочек печенья и попробовал его. Приятный вкус бисквита, пропитанного ореховой патокой, едва напоминал ему что-то знакомое, что-то из детства.
- Да, Иван Лукич, - Давид с удовольствием доел кусочек и добавил, - Вы тысячу раз правы. Очень вкусно! Спасибо, Лида. И за чай тоже.
- Да на здоровье! – залилась она багровым румянцем, - Я могу идти?
- Иди, Лидочка. Закончи работу, что я тебе поручил, и на сегодня можешь быть свободна.
- Спасибо, Иван Лукич, - Лида бросила кокетливый взгляд на гостя из столицы и покинула кабинет. Давид посмотрел ей в след и сделал несколько глотков душистого, свежезаваренного чая.
- От девчата у нас! Кровь с молоком! Небось, в городе такие перевелись вовсе? А?
- Хороших девчат везде искать надо, Иван Лукич. Что в городе, что на селе, - усмехнулся Давид.
- Это точно, - подтвердил Митраков. Видя, что майор немного расслабился с дороги, отогрелся чаем и радушным приёмом, так сказать, решил он мягко, аккуратно выведать цель визита незваного, но предвиденного гостя. – Ну а к нам с чем пожаловали? Случилось чего? Или так, с плановой проверкой в наши пенаты подались?
Давид внимательно посмотрел на Ивана Лукича. Внешне тот был абсолютно спокоен. Но нутром своим майор почувствовал, как переживает, как нервничает его собеседник, стараясь выглядеть хозяином положения.
«Возможно, что-то здесь и есть криминальное, - подумал про себя Давид, - Хотя всякий, даже невиновный ни в каких злодеяниях человек может переживать, когда к нему с проверкой от высшего руководства пожаловали».
- Цель моей командировки, Иван Лукич, дать общую характеристику положения дел комбината. А точнее, меня будет интересовать работа Южного Горного промышленного управления.