- Я тоже, Петька! Мы с тобой года три не виделись? Верно?
- Да. Как в мае 50-го попрощались, так и не виделись.
- А здесь-то ты что делаешь? – тихо, почти шёпотом спросил майор.
- Поверь, Шальной, не по собственному желанию.
- Да это понятно! Кто ж сюда по собственному желанию приходит? Ну да ладно! Здесь не совсем удобно разговаривать. Давай сделаем вот что. – Давид взял Перта за локоть и отвёл его в сторону. – Ты сегодня вечером не очень занят?
- Да вроде нет. А что? – спросил Пётр, уже догадываясь, что у Давида созрел план по их совместному времяпрепровождению.
- Тогда в 19:00 я жду тебя у себя. Не забыл, где я живу?
- Шутишь? Твой дом в Серебряном переулке я с закрытыми глазами найду!
- Вот и славно! Тогда жду на ужин.
- От меня что-нибудь требуется? – на всякий случай спросил Пётр.
- Только твоё присутствие и хорошее настроение.
- Что ж, тогда договорились! Обязательно буду!
Попрощавшись с другом, Давид сел в машину и отправился дальше, по делам. А дела его ждали по адресу: ул. Петровка, 38. Да. Здание известного на всю столицу и страну Московского уголовного розыска, прозванного в народе МУРом, находилось именно здесь.
Всю дорогу майор прокручивал в голове разговор с Петром, вспоминал об их совместных похождениях. И, признаться, вспомнить было что. Пётр также, как и Давид, пользовался популярностью среди женского пола. А как известно, большинство, если не все, истории обязаны активному участию или, хотя бы, присутствию в них женщин. Как говорится, шерше ля фам.
Но вот уже мелькнул угол знаменитого здания, и ход его мыслей был прерван. По прибытии Давид осведомился о состоянии дел, а точнее, об уровне криминальной обстановки и мерах, предпринятых начальником отдела по борьбе с бандитизмом. В общем, продолжился обычный рабочий день майора госбезопасности. Перед уходом Давид решил заглянуть к своему хорошему знакомому – старшему оперуполномоченному Владимиру Павловичу Арапову. Из самых громких дел, которые довелось расследовать этому молодому, но с железной хваткой офицеру, было дело банды Ивана Митина.
Эта преступная шайка держала в страхе всю Москву и её окрестности. На их счету было 28 разбойных нападений, 11 убийств и 18 пострадавших с огнестрельными, и не только, ранениями. Главарь банды – Иван Митин, под которым «ходили» 12 бандитов, работал мастером смены оборонного завода №34. Ещё 8 преступников банды также, как и их вожак, работали на оборонном заводе КМЗ. Двое были курсантами военного училища. А один, совсем юный, Вячеслав Лукин учился в Московском авиационном институте. Отличник, спортсмен, комсомолец.
- Здорово, Володька! – бодро поприветствовал следователя Давид.
- Здравия желаю, товарищ майор! – Арапов привстал со своего рабочего стула и протянул Давиду правую руку.
- Как жизнь?
- Да вот, - указал он на рабочий стол, - Новое дело поручили. Изучаю, прорабатываю.
- Понятно. А от прежнего дела отошёл? Успел, как говориться, прийти в себя?
- Ты про дело о банде Митина хочешь мне напомнить, Давид Георгиевич?
Арапов прикурил сигарету и пододвинул к себе самодельную пепельницу, которая когда-то была вместилищем для кофе.
- В точку! – Давид пододвинул к себе стул и сел рядом с Владимиром Павловичем, возле его рабочего стола. В кабинете, где трудились ещё три следователя, в это время никого не было. И потому их разговору никто не мешал.
- Дело закрыли, а по нему всё ещё новые подробности всплывают. Интересные, доложу я тебе, - Арапов, сделав две затяжки, продолжил свою мысль, - Главаря этого на тот момент, когда мы уже вышли на след его банды, руководство военного завода представило к награждению Орденом Трудового Знамени.
- Отличник труда, значит?! – ухмыльнулся Давид. – У начальства он находился на хорошем счету. Ведь не всех удостаивают такой чести. А может у Митина были «свои люди» в управлении?
- Вот и я так сразу подумал. И проработал все его связи, со всеми сотрудниками завода.
- И что? – подался вперёд Давид.
- Чисто! Ни с кем не был замечен, ни к чему не привлекался. А между тем, общий ущерб от его злодеяний составил более 300 тыс. рублей. Только материалы уголовного дела заняли 14 томов. – Арапов докурил папиросу и, отодвинув пепельницу с окурком в сторону, добавил, - Помнишь, среди бандитов был студент Лукин?
- Тот, который на суде слёзно просил прощение?
- Именно! Ему дали 25 лет тюрьмы вместо расстрела. Так вот, его отец, наш с тобой коллега, уже не работает в правоохранительных органах. Теперь он «на пряжке» в психбольнице. Сошёл с ума на нервной почве. Не вынес позора за сына.
- Да-а-а, так запачкаться, в такое влезть, - покачал головой Давид.