Настя так увлеклась изучением библиотеки, что совсем забыла о присутствии Давида. А он тихо наблюдал за ней и потешался.
- Какие книги ты любишь читать? – спросил он неожиданно.
- Что? - Нет. Вопрос Давида был совершенно простым и понятным. Просто Настя его не слышала. Она настолько увлеклась, что на минутку, совсем не на долго утратила чувство реальности. - Да всякие, если честно, - пожала плечами она. - Но больше всего я люблю исторические книги, рассказы о событиях давно минувших лет.
- А романы?
В его вопросе, как показалось Насте, звучала какая-то провокация. Но она попросту не придала этому значения. Или только сделала вид, что не придала.
- И романы, - ответила Настя. Улыбнувшись, она добавила, - Куда же без них?
- Понятно. – Он лукаво улыбнулся и потушил окурок. - О каких исторических личностях ты хотела бы узнать?
- Личность Орлеанской Девы меня интересует больше остальных.
- Кого? – удивился Давид. – Жанна Д’Арк?
- Да.
- Почему?
Но ответить она не успела. В этот момент раздался телефонный звонок в прихожей. Давид вышел из кабинета, а Настя так и осталась стоять у широких, во всю стену полок с бесчисленным количеством книг.
О чём конкретно и с кем разговаривал Давид она не слышала. Из коридора доносились отдельные слова, из которых Настя поняла, что ему звонили с работы. Но в чём именно состояла суть этого позднего разговора она не стала узнавать. Да и не за чем ей это было. Спустя пять минут Давид вернулся в кабинет. Он снова сел в своё широкое кожаное кресло и продолжил:
- Ты мне так и не ответила. Чем тебе интересна личность Орлеанской Девы?
- Потому, что она положила конец «100-летней войне» между Францией и Англией, - просто ответила Настя. - Молодая, никому неизвестная девушка сделала то, что не под силу было ни одному военачальнику, ни даже королю! Далеко не многие женщины в мировой истории смогли так изменить её ход.
- Нда-а-а, - задумался Давид, - Её персона действительно заслуживает повышенного внимания.
- И уважения! – добавила Настя, сделав при этом довольно гордый вид.
- Несомненно!
Давид молча встал, взял маленькую деревянную стремянку на три ступени и подставил к шкафу. Взобравшись на самый верх, он снял с полки книгу. На её красной, обтянутой мягким бархатом обложке жёлтыми блестящими буквами, как будто из золота, было написано «История государства французского».
- Держи, - протянул он книгу Насте, - Здесь целый раздел посвящён Жанне Д’Арк.
- Спасибо!
Глаза её горели, как две пасхальные свечи. Не веря своему счастью, Настя схватила книгу и спросила:
- А я могу здесь почитать? Или мне в свою комнату уйти?
- Конечно же, оставайся! Вот диван. Можешь устраиваться на нём поудобнее. А я, тем временем, поработаю. Работы много накопилось. Бумаги собрались, дела.
Давид заботливо включил ей торшер, который стоял между диванчиком и окном. И Настя, держа в своих маленьких худеньких ручках толстую книгу, присела на мягкое сиденье дивана. Откинувшись на его спинку, она с трепетом провела рукой по бархату обложки и открыла её.
Давид вернулся за свой рабочий стол и принялся за работу. Положив перед собой папку с пометкой «Дело №318», он стал просматривать бумаги и документы, которые хранились в ней. Время от времени он поглядывал в сторону Насти. Майор наблюдал за тем, с каким интересом она перелистывала страницу за страницей, как менялось её выражение лица от прочитанного, какие эмоции царили на нём. И Давида это здорово забавляло.
- Ну что, Настя? Прочла?
- Да. Я уже про Наполеона читаю. Тоже, хочу я вам сказать, Давид Георгиевич, неординарная личность этот Бонапарт.
- Кто ж спорит? – ответил он и улыбнулся.
Больше Давид ни о чём её не спрашивал. Погрузившись с головой в чтение, Настю мало что могло отвлечь от любимого дела. Да и сам Давид принялся за дело. Много работы собралось за время его отсутствия. Причём, работы срочной, не терпящей отлагательства. Вот только работа его сейчас мало занимала, несмотря на всю её срочность и важность. Большую часть времени майор наблюдал за Настей и это нравилось ему куда больше, чем изучение личных дел партийных деятелей, преступников и военных чинов. Настя была похожа на ребёнка, которому дали долгожданную игрушку.
«Нда-а-а. А может они и правы? Взять и жениться. А что? Она красивая, умная, добрая… Да что там! Вечера не хватит, чтобы все её достоинства перечислить. А? - Давид держал в руках документы, а сам продолжал размышлять да время от времени поглядывать в её сторону. – Нет. Какая может быть женитьба? Девчонка она ещё. Совсем девчонка. Смешная такая».