— Ну папа, да и брат предпочитают это убирать и быстро, — вздохнула от осознания факта, сколько же я проблем доставляю родне, а сколько за это все платиться. — а на официальных мероприятиях я почти не свечусь, не люблю, а если и попадаю, стараюсь держаться подальше от папы и камер.
— Нелегкая у тебя жизнь, однако, — улыбнулась Ульяна, впервые с момента нашей совместной работы, не сверля меня взглядом плотоядного кролика, потому что я что-то накосячила, — не думала, что и принцессам бывает тяжело, хотя вон есть принц.
— Угу, принц, — вздохнула и покосилась на очередное задание от этого принца, может он и сделал мне предложение, хоть и в своеобразной своей манере, хочу и буду, и уже не особо пытается скрыть, что я его. Собственник, чтоб ему, но грузить заданиями от этого не перестал. Притом, будто специально выдумывая их все сложнее и сложнее.
— Эй ты, — нашу милую беседу прервала влетевшая в приемную Королева. Ни я не Уля даже на нее не взглянули, во-первых, никто из нас юристам не подчиняется, их отдел всегда идет особняком и если им и помогают, то по распоряжению выше, а во-вторых, “Эй ты” среди нас не было.
— Вот смотри, — как ни в чем начала Громова, делая вид, что мы работаем, очень убедительно делая вид. — вот эти документы, нужно подписать у Вадима Павловича и передать, в Григорию Геннадьевичу, он в курсе. А вот это, — мне передали новую стопку документов, то что директор просил. Обрати его внимание на то, что там сделаны пометки, на то, что я считаю наиболее интересным и выгодным для нас…
— Подожди, — я включилась в игру, хотя, если по-честному, все это мы уже оговорили, еще до прихода юриста, но очень уж хотелось позлить зарвавшуюся блондинку. — А разве это не должен сначала подписать Гарнов? — я наугад показала на лист.
— Нет, Гардов должен посмотреть и подписать вот это, — мне вытащили новую стопку, — а потом уже это на подпись генеральному.
— Так и будешь меня игнорировать? — взбесилась Яна Сергеевна подлетая к нам и вырывая у меня из рук стопку и кидая ее на ресепшен.
— Мы, вообще-то, разговариваем, Яна Сергеевна, — сразу взъелась Ульяна, будто ей дали команду фас, — и это документы! По какому праву вы так с ними обращаетесь?
— Не с тобой разговариваю! — рыкнула обнаглевшая блондинка.
— Не знаю с кем вы разговариваете, — настала моя очередь злиться. Нет, я, конечно, не делаю ей пакости хотя и очень хочется, ибо меня просто бесит то, что она вешается на моего, именно моего Самойлова, более того, она хочет ему навредить, была бы моя воля я непросто натравила на нее стаю мышей. Я бы ей такую райскую жизнь устроила, что сама бы сбежала плакаться своему Олохину. Но во-первых, это все личное, и я не могу все переносить на работу, а второе, это просто некрасиво и неприемлемо. — Но будьте добры вести себя как положено Яна Сергеевна. И если вам, что-то надо подойдите и попросите. Вы не имеете никакого права мне, да и кому-либо приказывать. Я подчиняюсь непосредственно директору, Ульяна и вовсе начальник отдела, так что будьте добры, оставить приказной тон и обращаться, как положено, — так и хотелось, что-нибудь ввернуть про деловой этики, деловую этику и прочее. Зря я что ли, столько читаю, еще и курсы нашла и сижу, прохожу по ночам? Цель конечно, доказать некоторым, что я от меня больше пользы, чем от обезьяны, да он меня тогда зацепил, возможно, потом и похвалил, но сказал же, зараза этакая! Сказал и я сделаю все, чтоб более этого не услышать и заставить его признать, что я прекрасный специалист… Да, пакости никто не отменял, но это будем считать пакости будущему мужу…
— Да ты… — еще более рассвирепела Королева. — Ты хоть знаешь, кто я такая?
— Штатный юрист, Королева Яна Сергеевна, — без запинки выпалила я, вспоминая о словах Ули, какие слухи распространяет эта женщина. И, вообще, ну вот, чего она явилась? Истерит она, конечно, сейчас постоянно, беременность, видно, так действует, хотя по мне это странное оправдание. Особенно если учесть, что по рассказам Вадима (Ну не смогла я вчера у него не выпытать все это, а то что он из-за этого не выспался, что мне предъявил с утра, я не виновата), в момент, когда они встречались, если, конечно, это можно было так назвать эта была весьма сдержанная особа, и таких сцен позволяла себе редко.