Брат радостно закивал головой.
Он уже сам поверил: то, что я ему сейчас сказал, было истинной правдой. Ну что же, а ведь действительно: все, что я ему рассказал, было очень близко к правде.
– Ну, Гален, ты и мастак придумывать! Мне кажется, сэр Баярд легко поверит этому.
– Будем надеяться, – ответил я скромно.
– Да, Гален, – спохватился брат. – Ты вот упомянул о человеке в черном. А ты знаешь, что он умер?
– Умер? – искренне удивился я.
И почувствовал: словно холодом обдало меня с ног до головы.
– Ты знаешь, очень странная смерть. Очень… Вскоре, как вы с сэром Баярдом уехали, отец велел слуге отнести пленнику в темницу завтрак. Дверь была заперта на все запоры. Проникнуть к нему никто не мог, да стражники и не видели никого в коридоре. А он лежал, завернутый в свой черный плащ, мертвый. И как сказал слуга, запах в камере был ужасный. И страннее всего было вот что: казалось, что наш пленник умер уже год назад. Представляешь?
Я содрогнулся; снова словно холодом смерти повеяло на меня.
– Но Алфрик, что это должно было значить?
Брат пожал плечами.
Скорпион?! Это дело его рук… вернее, его магии. мне хотелось со всех ног бежать прочь с этой поляны, из этого леса.
Я сделал только шаг, как Алфрик тотчас же преградил мне дорогу.
– Куда это ты отправился, мой дорогой брат? – выхватывая из-за пояса нож, спросил он.
– Искать сэра Баярда, – как только мог спокойнее ответил я.
– А где его искать, ты знаешь?
– Знаю, – с легким сердцем соврал я.
Своей сильной рукой Алфрик больно сдавил мне плечо и сказал с угрозой:
– Только не пытайся обмануть меня и сбежать. Ты понял, Гален?
Я кивнул, и мы отправились на поиски соламнийского рыцаря.
Но в самом деле: куда идти, где его искать?
Алфрик сунул нож за пояс, но правую руку – на всякий случай – держал на рукоятке ножа, левой он крепко вцепился в мое плечо. Сбежать от него я не мог. Да и куда мне бежать?!
Шли мы медленно. И я молился всем богам: только бы мы не отыскали сейчас сэра Баярда!
На болоте зудело комарье, квакали лягушки. Над нами, широко расставив крылья, пролетали совы. Никаких чудищ болотных нигде не было видно. В общем, все было спокойно.
Довольно долгое время мы с Алфриком шли, не произнося ни одного слова.
Наконец я спросил брата шепотом:
– А как это тебе удалось?
– Что удалось? – недоумевая, спросил он громко.
Какой-то зверек испуганно выскочил прямо из-под наших ног и помчался прочь.
– Как тебе удалось убежать из замка, Алфрик? Ведь отец велел слугам не выпускать тебя никуда.
Алфрик засмеялся. Даже не засмеялся – захохотал во все горло. Потом начал рассказывать:
– О, очень просто! Вышел во двор, со двора – за ворота, и был таков! Я ведь понял, что ты бесстыдно обманул меня. И мне надо было тобой поквитаться. А разве я смог бы это сделать, если бы остался в замке?!
Брат опять засмеялся. Ну до чего же неприятный у него смех! Левой рукой он все так же крепко держал меня за плечо.
В лесу было темно. Я шел медленно, осторожно ощупывая ногой землю впереди себя.
Алфрик наконец-то перестал смеяться. И какое-то время молчал. Слышалось только тихое стрекотание сверчков. Было сыро и холодно.
Брат стал рассказывать дальше:
– Ну вот, вы с сэром Баярдом отправились в путь, невыспавшиеся слуги задремали, и мне легко удалось уйти из замка незамеченным. Я знал, по какой дороге вы поехали. Я шел по вашим следам – по следам ваших лошадей… Но я ведь знал, что у вас всего три лошади, а вскоре увидел: вся дорога просто изрыта копытами…
– Кентавры, – вставил я.
И тотчас получил увесистую оплеуху:
– Это я знаю и без тебя, мой умненький братец. Твой Моласес едва тащился. Я легко мог напасть на тебя еще в самом начале вашего пути. Но я тогда еще не придумал: что же я потом скажу славному соламнийскому рыцарю, как оправдаюсь перед ним? Поэтому я выжидал какого-нибудь удобного момента и неотступно следовал за вами. Я был рядом с вами и тогда, когда на вас напали крестьяне и сдох Моласес. И тогда, когда вас судили кентавры. И когда вы дрались с сатирами, Бригельм пришел вам на помощь… Я всегда был рядом с вами, а вы меня ни разу и не заметили! Ха-ха-ха!
Внезапно я остановился. Брат подтолкнул меня сзади:
– Давай, давай топай!
Но я, несмотря на его толчки, не двинулся с места.
– Алфрик, впереди какая-то опасность.
– Пустяки! – беспечно отозвался брат. – Давай шагай!
Он наконец-то отпустил мое плечо. Но только для того, чтобы со всей силой двинуть меня по затылку. В ужах у меня зазвенело, в глазах потемнело.
– Ну, кому сказано: вперед!
– Алфрик, там что-то шевелится…
– Ты еще хочешь получить? Тебе мало? Ну что же, я могу и добавить…
– Но, Алфрик…
– Ты, значит, не понял, что я тебе сказал?! – и он снова ударил меня по голове.
Я шагнул вперед, но тотчас отступил назад. Брат снова толкнул меня в спину. Он был уверен, что я обманываю его, хитрю. Или что я – просто трусишка.
Он усмехнулся:
– Шагай, не бойся! Ты ведь знаешь: я тебя всегда защищу! И никуда не сбегу от тебя, не сомневайся!
Но я стоял как вкопанный. Я чувствовал: впереди – трясина.
Поняв, что побоями он ничего не добьется, Алфрик вытащил нож и приставил его мне сзади к горлу:
– Ну а теперь, мой милый братец, ты пойдешь? Без всякого страха…
– Алфрик, я тебя предупреждаю: нас ждет какая-то опасность. Может быть, даже смерть…
Брат снова усмехнулся:
– Ладно, ладно, Гален. От смерти еще никто не спасался. Давай топай!
Было темно – хоть глаза выколи.