Рыцари выстроились полукругом, прикрывая товарищей, так что Хэмфри и остальные оказались внутри. Эймер де Валанс был в первом ряду. Роберт присоединился к ним, когда Перси и Клиффорд с трудом поволокли свою ношу к повозке. Хэмфри выпустил камень и выхватил свой щит из рук Ральфа. Он шагнул вперед, навстречу приближающейся толпе.
Монахов Скоуна возглавлял сутулящийся, пожилой мужчина; аббат, вне всякого сомнения, судя по его подбитой мехом сутане. На лице его отразился ужас, когда он увидел Перси и Клиффорда, уносящих священный камень.
— Во имя Господа, что все это значит? — хриплым голосом пожелал узнать он, остановившись перед рыцарским полукругом. — Кто вы такие?
— Мы — Рыцари Дракона, — отозвался Хэмфри. — Мы прибыли по приказу короля Эдуарда, герцога Гасконского, повелителя Ирландии, покорителя Уэльса и верховного сюзерена Шотландии, чтобы забрать Камень Судьбы. Не мешайте нам, и вам не причинят зла.
— Клянусь Богом, я это сделаю, — пробормотал аббат, делая шаг вперед. Мужчина с топором последовал за ним по пятам. Голос аббата дрожал и срывался, а его покрытое морщинами лицо в свете факелов обрело каменную твердость. — Я намерен помешать вам!
Перси и Клиффорд старались загрузить камень в повозку. Ральф поспешил им на помощь.
— Никто из нас не отступит в сторону, — продолжал аббат, возвысив голос. В ответ монахи, сгрудившись в кучу, подались вперед. На лицах большинства из них читался ужас.
— Тогда ты умрешь, — прорычал Эймер де Валанс.
Хэмфри окликнул его, но Эймер не обратил на него внимания и сделал выпад в сторону аббата, который в замешательстве отшатнулся. Но, прежде чем Эймер успел нанести удар, Роберт дотянулся своим клинком до шеи Эймера. Он успел остановить руку в самый последний момент, но кончик его меча замер, касаясь шеи Эймера над самым воротником кольчуги. Рыцарь застыл, как вкопанный, запрокинув голову и стараясь не смотреть на стальное лезвие, нацеленное ему в горло.
— Опусти оружие, — процедил сквозь зубы Роберт. — Или я отсеку тебе башку.
Сверкающий взгляд черных глаз Эймера впился в Ги, который стоял за спиной у Роберта.
— Ну, давай! — прошипел он. — И я умру, видя, как тебя проткнули насквозь.
Роберт ощутил прикосновение острия меча Ги к своей спине.
Мужчина с топором шагнул вперед, взгляд его метался от Эймера к Роберту и обратно, и он втянул голову в плечи, словно собираясь нанести удар. Кое-кто из монахов тоже стал подбираться поближе, сжимая в руках палки и ножи. Откуда-то донесся звон колокола, а издалека, со стороны городка, послышались крики. Помощь была уже близка.
Хэмфри шагнул вперед:
— Роберт. — Когда Роберт не шелохнулся, рыцарь положил руку в латной рукавице на клинок его меча и решительно пригнул его вниз.
В то же мгновение Эймер отступил назад. Увидев это, мужчина с топором замахнулся. С быстротой молнии Эймер обернулся и проткнул его насквозь, крякнув от натуги, всаживая меч в живот и поворачивая его в ране. Глаза у мужчины полезли на лоб, а рот приоткрылся. Топор со звоном выпал у него из рук на утоптанную землю. Аббат громко вскрикнул, когда Эймер с усилием выдернул клинок из раны, а мужчина упал сначала на колени, а потом повалился набок, зажимая живот обеими руками.
В толпе вокруг раздались крики. Кое-кто отпрянул назад, другие, наоборот, подались вперед. Когда один из монахов потянулся к Хэмфри с ножом, рыцарь ударил его рукавицей в лицо. Послышался треск кости, переносица сломалась, и мужчина, пошатываясь и закрывая лицо руками, отлетел назад, а между пальцев у него потекла кровь. Остальные рыцари встали плечом к плечу, образуя живой щит и прикрывая собой Перси и Клиффорда, которые, наконец, взгромоздили камень на повозку. Рыцари слитно шагнули вперед, подняв щиты, и Роберт оказался зажат между ними. Во главе их теперь был Эймер, с меча которого капала кровь. Двое монахов схватили аббата под руки и оттащили в сторону, чтобы он не оказался у рыцарей на пути.
— Уходим! — закричал Ральф.
Среди деревьев замелькали огни факелов — это люди из города спешили узнать, что за шум поднялся в аббатстве. Вскочив в седло, Ральф возглавил процессию, и рыцари на облучке повозки щелкнули хлыстами, посылая коней в легкий галоп.