— Довольно! — Голос Роберта остановил разгоряченных рыцарей. Неожиданное и подлое нападение привело его в ярость, и он с трудом сумел овладеть собой. — Опустите оружие. Это всех касается, включая вас, — рявкнул он Александру, который и не подумал разжать руку. Лицо Джильпатрика, тем временем, обрело синюшный оттенок. — Я не допущу, что моим именем здесь пролилась кровь, будь оно все проклято!
Александр медленно ослабил хватку. Кристофер, пошатываясь, уже стоял на ногах и вытирал кровь с лица. Освободившись, Джильпатрик мешком обмяк в седле, с хрипом втягивая в себя воздух. Его товарищи держали мечи наготове, но никто из них не пошевелился, переводя взгляды с Роберта на Джильпатрика и обратно. Один из рыцарей спешился, чтобы поднять с земли упавший меч Джильпатрика.
А тот осторожно ощупывал горло, не сводя глаз с Роберта.
— Вы — не сын своего отца, — наконец прохрипел он. Выхватив из рук своего товарища меч, который тот протянул ему, он резко развернул свою лошадь и яростно вонзил ей шпоры в бока. Его люди последовали за ним по тропинке, вьющейся вдоль берега озера. Еще несколько всадников отделились от группы рыцарей, окруживших Роберта. Кое-кто из них попробовал переубедить Брюса и одуматься, но он сидел в суровом молчании, не желая внимать их доводам. Не прошло и нескольких минут, как рядом с ним остались только Нес, Уолтер и Сетоны.
Роберт кивком выразил свою благодарность обоим кузенам.
— Благодарю вас, что встали на мою защиту. — Он в упор взглянул на лорда. — Но ведь у вас богатое поместье, сэр Александр. Скорее всего, вы потеряете его, если присоединитесь ко мне.
— Боюсь, что я потеряю его в любом случае, невзирая на то, останусь я с вами или уеду, — ответил Александр. — Король Эдуард перекраивает наше королевство по своему вкусу. Очень скоро при власти не останется ни одного шотландца. — Он холодно улыбнулся. — Но, если восстание Уильяма Уоллеса увенчается успехом, мы все будем вознаграждены за то, что сейчас встанем на правильную сторону. — И он посмотрел на Кристофера.
Оруженосец вытер кровь из-под носа тыльной стороной ладони и кивнул Роберту.
— Я с вами, сэр Роберт, куда бы вы ни пошли.
Роберт помолчал, задумавшись над тем, к каким последствиям могут привести его действия теперь, когда он встал на сторону повстанцев. Он не питал особых иллюзий в отношении Уильяма Уоллеса. Насколько ему было известно, тот сражался во имя захваченного в плен Джона Баллиола, что необязательно превращало его в союзника. Из нелегких раздумий его вывел негромкий голос Неса.
— Куда мы направимся отсюда, сэр?
— Скорее всего, в Каррик, — после короткой паузы ответил Роберт. — Да, — продолжал он уже тверже, — к моим людям. — Прежде чем они успели забросать его новыми вопросами, он продолжил: — Я хочу, чтобы вы вернулись в наш лагерь. Приведите сюда мою дочь и слуг, а также возьмите припасы, сколько удастся.
— Со мной двое верных людей, — вместо ответа сказал Александр. — Оба посвящены в рыцари. Они присоединятся к нам.
Роберт перевел взгляд на другую сторону озера, где уже сворачивалось его бывшее войско. А потом, толкнув Хантера пятками в бока, поскакал к воротам. Оказавшись подле частокола, он спрыгнул с седла. С другой стороны до него донеслись встревоженные голоса.
— Я хочу поговорить с леди Дуглас, — громко крикнул он. Голоса мгновенно смолкли. — Я один. Моя армия уходит.
Ворота замка медленно приоткрылись, и Роберт оказался лицом к лицу с шеренгой вооруженных воинов. В центре стояла женщина, опустив руки на плечи мальчика, которого, как оказалось, звали Джеймсом. Теперь Роберт воочию убедился в том, что и подозревал ранее, — она наверняка приходилась ему матерью, следовательно, была леди Дуглас. Она была молода и привлекательна, с серьезными карими глазами, как и у ее брата.
— Я не понимаю, сэр Роберт, — проговорила она напряженным голосом. — Каковы ваши намерения?