– Мои цветы! – закричала Тереза. – Отдайте мои цветы!
Лепестки превратились вдруг в слезы, а улыбка Терезы – в ужасную гримасу.
– Мой ребенок! Отдайте мне моего ребенка! – кричала она.
Дерек исчез, оставив Джули наедине с этим доселе милым лицом, которое вдруг превратилось в настоящий кошмар. Слезы снова стали лепестками, теперь уже они падали густой плотной пеленой, ворох лепестков добрался до лица Джули, они забивались ей в рот, ноздри, ей стало трудно дышать. Джули напрягла все свои силы и попыталась убежать. Убежать к Дереку. Но не могла сдвинуться с места…
Со сдавленным криком Джули проснулась. То, что начиналось как чудесный сон, окончилось кошмаром.
Джули села и рассеяно уставилась в темноту. Что-то было не так. Случилось что-то ужасное.
Она с трудом поднялась, нащупала во тьме одежду и, спотыкаясь о наставленные кругом ящики, пробралась к выходу из фургона. Небо на востоке уже заалело, возвещая о приближении нового дня, но сердце подсказывало Джули, что этот день может оказаться совсем не радостным.
Джули опустилась у фургона на корточки, шепотом повторяя имя Майлза. Ответа не было. Она протянула руки, пытаясь нащупать его во тьме. Но под фургоном его не было.
Джули побежала к хозяйственному фургону. Но и он был пуст. Тогда она вспомнила: когда заканчивалась вахта Дерека, он иногда не возвращался в фургон, а спал где-нибудь на холме. Джули бросилась бежать, выкрикивая его имя и нимало не заботясь о том, что она может разбудить остальных.
Дерек, привыкший просыпаться от малейшего шума, услышав ее голос, вскочил и побежал ей навстречу. Они встретились на полпути к холму. Джули торопливо ему все объяснила.
– Ты должен догнать его!
Дерек задумчиво запустил пятерню в свои всклокоченные волосы, пытаясь вспомнить что-то существенное. Вдруг его словно ударило.
– А где же, черт возьми, Томас? – воскликнул он и твердой поступью направился к лагерю. Джули поспешила за ним.
Дерек подбежал к фургону Юджина Крума, где обитала Элиза Тэтчер с тех пор, как продала собственный фургон. Одно быстрое движение, и он уже оказался внутри, совершенно не обращая внимания на испуганные крики Юджина, его жены и двух малолетних дочерей. Как он и предполагал, тюфяк Элизы был пуст.
– Томас! – Рев Дерека разорвал предрассветную тишину, но почти тут же сменился глухим яростным рыком, так как из-под фургона Крума мгновенно появился сам Томас. Джули заметила Элизу, которая попыталась отползти в сторону и спрятаться. Ее распущенные волосы были спутаны и растрепаны.
На ошеломленное лицо Томаса обрушился кулак. Он упал. Дерек нагнулся, схватил его за горло и дернул так, что Томас чуть не задохнулся.
– Ты, сукин сын! Ты же должен дежурить! – бушевал Дерек. – Ты покинул пост! Я убью тебя!
Он замахнулся снова, но Джули решительно вклинилась между ними.
– Дерек, перестань! На это нет времени! Ты должен догнать Майлза, пока он не ушел слишком далеко.
Дерек отпустил Томаса, который тут же согнулся, кашляя и хватаясь за горло.
– Майлз ушел? – с трудом прохрипел он, глядя на Джули и не смея посмотреть в глаза Дереку.
– Если бы ты был на посту, ты бы услышал, как он уезжает, – прорычал Дерек. – Ты бы мог его остановить!
– Дерек, пожалуйста! – в отчаянии повторила Джули. – Не трать время на обвинения.
Сумев наконец кое-как одеться, Элиза выбралась из-под фургона.
– Право же, капитан, – вызывающе сказала она, – я думаю, вы не имеете права упрекать кого-либо в том, чем сами частенько занимаетесь. Я могу напомнить несколько случаев, когда искали вас… и долго не могли найти. – Она ненавидяще взглянула на Джули.
– Тогда я не был на посту, – заметил Дерек, – и, кстати, мы вполне можем обойтись и без вашего вмешательства, Элиза.
– Я поеду за ним, – быстро предложил Томас. – Я найду его, Арнхардт. Клянусь, я найду!..
– Лучше не клянись, а делай, – пробурчал Дерек и повернулся, чтобы уйти. – Я один осмотрю этот чертов перевал. А ты без него лучше не возвращайся.
– Я поеду с тобой, – воскликнула Джули и бросилась было одеваться, но Дерек успел схватить ее.
– Ты никуда не поедешь!
– Он мой брат! – закричала Джули, не отступив перед его свирепым взглядом. – Ты не сможешь остановить меня!
– Смогу, Джули, – ледяным тоном ответил Дерек. – Это моя работа. Ты не уедешь из лагеря. У меня и так достаточно неприятностей. – Он повернулся и пошел за лошадью.
Джули тоже собралась было уйти, но Элиза грубо схватила ее за плечо.
– Не смей на меня так смотреть, Джули Маршалл. Я занималась тем же самым, чем и ты. А ты, верно, знаешь, как это приятно, – добавила она надменно.
– Я бы не думала, Элиза, что это замечательно, – не задумываясь парировала Джули, – если бы была замужем. Я бы считала это постыдным… и тебе тоже следует об этом задуматься.
Она повернулась и ушла, жалея о том, что вообще ввязалась в эту перепалку. Тогда Элиза закричала ей вслед:
– Ты пожалеешь о том, что сказала, Джули! Ты еще заплатишь за это!
Она не остановилась и сделала вид, что ничего не слышит.
Глава 16
Сотрясаясь на выбоинах разбитой дороги, фургоны медленно двигались по выжженной солнцем прерии. В безоблачном небе – ни ветерка. По мере приближения к ущелью напряжение, витавшее в воздухе, все больше сковывало каждого мужчину, каждую женщину, каждого ребенка, достаточного взрослого для того, чтобы осознавать всю грозящую им опасность.
Дерек целый день рыскал среди камней и расселин и не обнаружил никаких признаков индейцев, но это вовсе не означало, что можно расслабиться. Индейцы знали местность гораздо лучше, и если им хотелось остаться незамеченными, они без труда могли это проделать.
Томас Кэрриган до сих пор не вернулся. Когда переселенцы тронулись в путь, он отсутствовал уже более суток.
Джули сама управляла фургоном, и даже через толстые перчатки грубая кожа, из которой были сделаны вожжи, обжигала ей ладони. Дереку это не нравилось, но все мужчины были заняты, и Джули пришлось взять в руки вожжи.
Прежде чем отправиться в путь, они с Дереком немного повздорили.
– Неужели мы поедем, не дождавшись Томаса и Майлза? – возмутилась Джули.
Терпение Дерека лопнуло.
– Я уже объяснял тебе, да и всем прочим тоже, что мы не можем ждать. Наших припасов едва хватит до Таксона. Томас знает дорогу. Они должны догнать нас. В любом случае, Джули, выбора нет. – Он не стал упоминать о том, что Майлз мог уехать гораздо дальше, чем они предполагали.
Впереди черным провалом замаячил вход в ущелье. Вскоре оказалось, что и сам перевал выглядит достаточно мрачно. Даже если бы люди позабыли о том, что где-то там могут скрываться индейцы, они все равно были бы напуганы. По узкому проходу между отвесно вздымающимися каменными утесами скользили смутные тени. Среди обломков скал и нагромождений валунов кое-где пробивался хилый кустарник. Безумные завывания бьющегося о каменные стены ветра эхом разносились по ущелью, словно плач чьих-то не нашедших покоя душ.
Первый фургон вкатился в ущелье и скрылся из виду. Второй, которым правила жена Джаспера Дженкинса Эзма, последовал за ним. Джули была третьей. Но, не успев еще въехать в ущелье, она резко осадила лошадей: дорога впереди была завалена камнями.
– Мне не нравится запах.
Джули тут же повернулась и уставилась на Сюджин.
– Мне не нравится запах, – спокойно повторила та. – Пахнет… смертью.
Джули вздрогнула.
– Сюджин, пожалуйста. Нам еще ехать через этот перевал почти целый день. Он и так выглядит жутко – не стоит говорить, что здесь живут привидения.
Они осторожно двинулись вперед. Лошади и волы медленно брели по петляющему, продуваемому ветрами узкому коридору между высоких каменных стен. Единственным звуком, нарушавшим повисшую тишину, были заунывные завывания ветра.