— Не думай ни о чем сегодня. Прокручивая это в голове, ты не получишь ответов. Подумай об этом с другой стороны… ты все еще жива. Продолжаешь бороться. Ты пережила то, чего не пережили бы девяносто процентов оборотней, и это не может быть плохо. В конце концов, мы докопаемся до правды. А пока просто прими ту жизнь, которой живешь.
Черт возьми, думаю, что этот древний зверь-философ был прав, и, вероятно, не мешало бы последовать его совету.
Хотя бы пока.
Тень снова начал подниматься по лестнице, и на этот раз я последовала за ним, наконец-то получив возможность по-настоящему осмотреть потрясающий дворец. Я не могла не вздохнуть, когда рассматривала его со всех сторон. Это было прямо как в сказке — ирония судьбы состояла в том, что мы ведь в буквальном смысле оказались в месте под названием «Волшебная страна» — с белыми каменными стенами, испещренными сверкающими кристаллами, башенками и множеством барельефов, увенчанных на разных уровнях элегантными крышами из темно-серой черепицы.
Он оказался даже больше, чем я думала вначале, и, поднимаясь вслед за Тенью по лестнице, я ахнула от огромных размеров двойных дверей. Они должно быть были, футов двадцать (6,1 м) в высоту и столько же в ширину, и когда обе двери бесшумно распахнулись, позволяя нам войти, я снова огляделась с широко раскрытыми глазами.
Вход был белым, совершенно голым, на стенах висели всего несколько произведений искусства. Картины не были неподвижными, как картины на Земле; изображения кружились и перемещались, окутанные сверкающей магией, изображая цветы, водопады и оазисы. Они были настолько реальными, что мне казалось, я могу войти прямо в них.
Все, что я знала о Волшебной стране, так это то, что здесь возможно все.
— Это дом Лена? — спросила я. Он казался таким же гладким и серебристым, как и он сам, но в то же время не совсем подходящим. У него были современные линии и минимализм. Снаружи все было богато украшено, и чем дальше мы продвигались, тем больше становилось очевидных различий. Богатые гобелены, большие предметы мебели, предназначенные для тех, кто привык к комфорту, с вкраплениями красного и золотого, которые напомнили мне об одном человеке…
— Нет, он — мой, — сказал Тень, подтверждаю мою теорию. — Мне нравится бывать здесь, и ты будешь здесь в безопасности от всяких волшебных созданий до тех пор, пока остаешься внутри.
Он повел меня вверх по лестнице, Инки шел рядом, пока мы поднимались на второй этаж. Здесь была библиотека. Конечно. У меня начало складываться впечатление, что Тень был немного помешан на книгах, и, во всяком случае, это только усиливало его привлекательность. И, черт возьми, ему не нужна была никакая помощь в этом вопросе.
Войдя в библиотеку, Тень направился в центр, к ряду диванов, похожих на те, что были в его логове. Инки пошел с ним, а я подошла к огромному, от пола до потолка, оконному проему, обрамленному черной сталью, из которого открывался вид на мир внизу.
Остановившись раньше них, я оглядела пейзаж.
— Мы движемся! — воскликнула я, заметив быстро меняющийся пейзаж внизу.
Я не ожидала, что Тень услышит меня — он был не так уж близко, — но когда я повернулась к нему, то обнаружила, что он каким-то образом оказался рядом со мной. Это произошло так быстро, что мне пришлось пересмотреть свою позицию по поводу того, мог ли он прикасаться ко мне, когда я проснулась. Это было такое чувственное прикосновение, что в нем не было никакого смысла, так что, вероятно, это был просто очень яркий сон.
Это было моим заблуждением, но я придерживалась его.
— В Волшебной стране ничто не стоит на месте, — сказал он, и мне пришлось несколько раз прокрутить мысли в голове, чтобы вспомнить, о чем мы говорили. Мои мысли были поглощены теплом, разливающимся у меня в животе и стекающим к моему…
— Ни что не стоит на месте?
Лицо Тени осветилось золотым солнечным светом, который в этот момент эффектно ударил в окно. Мы летели сквозь низко нависшие облака, и когда они рассеялись, свет стал ярче, чем когда-либо, а под нами была… лава. Просто цветущие красные поля.
— Пейзаж здесь меняется так же часто, как и изображения, украшающие мои стены, — объяснил Тень.
Я постаралась это осмыслить, но это оказалось нелегко. Людям и оборотням нравилась неподвижность. Это было обычно и удобно.
— Но сад Лена, ведь он был неподвижен?
Тень ухмыльнулся.
— Ты сообразительная. Мне это в тебе нравится. Большинству людей требуется целая вечность, чтобы поддержать разговор.
Я показала ему язык.
— Так лучше?
Он кивнул:
— Вот это уже больше похоже на то, чего я от тебя ожидал. Но да, у Лена — маленький стационарный участок. Таких здесь много, они разбросаны по всему миру, но все изолированы, так что тебе все равно придется найти способ передвижения.