– Надеюсь у тебя хватит мозгов, чтобы убраться отсюда до того, как я вернусь.
Она встала с дивана и вышла из гостиной. А я снова упёрся локтями в колени и накрыл ладонями лицо. Закрыв глаза я вздохнул.
– Что ты блядь делаешь в моем доме?
Я вздрогнул от голоса Нико, и понял что уходить уже поздно.
Нико не дал мне возможности ответить. Быстрым шагом подошёл ко мне, схватил за горло и резко поднял на ноги.
– Что ты тут делаешь? – у шеи я почувствовал холод лезвия ножа, он надавил сильнее. – Отвечай!
– Отпусти его, Нико, – Тея прошла обратно в гостиную.
Нико обернулся, но хватку не ослабил.
– Ты его впустила?
– Нет, он сам нашёл вход, – она сложила руки на груди.
– Гребаный пистолет на полу, почему?
– Он собирался убить меня, но передумал это делать.
Он снова посмотрел на меня, тем самым взглядом убийцы. Я понимаю, что надави на шею ножом посильнее и я труп. Я вижу это в его глазах.
– Это не причина, чтобы дать этому ублюдку уйти, – говорит он.
– Я жива… Черт, Нико не заставляй меня включать принцессу.
Нико отпустил меня, сказав что позвонит семье Янг для того что бы они послали своих солдат сюда, затем повернул голову ко мне:
– Я хочу чтобы твоя задница свалила нахрен из моего дома, пока я говорю по телефону. Усёк, Медичи?
– Да.
Нико вышел, а Тея подошла ко мне:
– Ты слышал его. Уходи.
– Звони мне, если подумаешь что в опасности.
Она скривила свои губы.
– Не думаю, что захочу видеть твоё лицо ещё раз.
Я наклонил голову в бок.
– Вот как? Совсем не давно ты была напротив моего языка в своём ротике.
И тут же получил звонкую пощёчину, а Тея убежала.
Я чувствую себя живым…
Глава 5. Доротея
За последние несколько минут, я перевернулась на другой бок наверное, раз двадцать. Наткнулась взглядом на телефон, лежавшем на ночном столике. Взяв его, я открыла журнал вызовов. На экране высветился его номер. Это не первый раз за ночь, когда я смотрю на эти цифры. Я почти запомнила его номер. И я не лгала, когда сказала ему, что не хочу видеть его ещё раз. И я не жалею о пощёчине.
Почему позволила ему поцеловать себя? Я ведь должна была его оттолкнуть от себя, но вместо этого я цеплялась пальцами за ткань его футболки, будто та была спасательным кругом в открытом море. Определенно не должна была тонуть в этом поцелуе, и не так я представляла наш первый поцелуй. Предполагалось, что он будет сладким и нежным, например где-нибудь на пляже, а ласковый морской бриз ласкает мои волосы. Либо он будет игривым и неожиданным на фоне прибоя. На моем дне рождении. На Рождество. Или в день его рождения. Но в то же время он был таким, каким и должен быть. Реальным, грубым с нотками тоски. Этот поцелуй был везде, и в то же время нигде. Так почему сейчас, я не могла уснуть? Это из-за поцелуя или из-за пистолета? Так или иначе это было из-за Антонио.
Я не могла поверить, что он тут в Новом Орлеане, что он совсем рядом. Присутствие члена семьи Грассо на территории семьи Янг не закончится ничем хорошим. И Хью Янг явно отнесётся к этому очень плохо, потому что мой отец послал убийцу в его город. Нико заверил меня, что не сообщил им кто тут был и какое отношение имеет к нашей семье. У него не было причин мне врать, но я не могла задаваться вопросом, беспокоился ли он, что я все ещё люблю Медичи.
Пятнадцатилетняя Тея любила восемнадцатилетнего Антонио. Двадцатилетняя Доротея не имела никакого понятия, кем был двадцатитрехлетний Охотник.
Возможно, он теперь совершенно незнакомый человек, которого отправили сюда, чтобы убить меня. Хотела бы я, чтобы это было так. Мой говнюк-отец, желая моей смерти, отправил человека, которого я любила. И этот факт доказывает, что отец не изменился.
Это меня взбесило и разозлило.
Отец не идиот. Разве что иногда, но он не дурак. Он не случайно послал именно Охотника. Это проверка. Он хотел убедиться, что Медичи действительно убийца, которого воспитал мой отец. Ведь это так и было. И Антонио сам указал мне на мою ошибку, когда я назвала его имя. Если бы не заговорила, то сейчас в моей голове была бы пуля.
Мальчик, которого я когда-то любила, превратился в чудовище. Или нет? Я жива, дышу и говорю. Я определенно жива, только ощущение холодного дула на моей коже никуда не делось.
Без глушителя.
Он либо хотел, чтобы услышали, как меня убивают, либо намерено не прикрутил его. Такой осторожный и дотошный убийца, как он, не забудет о глушителе. Даже я знаю, что это необходимо для быстрого и тихого решения проблем.