Я сжимал руку в кулак, пока водитель вёз меня по приказу Леонардо в его дом, расположенный в элитном районе Палермо.
– Собирай вещи, – так он сказал мне час назад. – У меня есть работа для тебя.
Поэтому не задавая лишних вопросов, я упаковал вещи в спортивную сумку синего цвета, и молча сел в чёрный внедорожник, когда один из солдат Грассо подъехал к дому, где жил я. Хотел бы я сбежать от всего этого дерьма, но единственный выход покинуть семью – смерть. Я был слишком хорош в обращении с оружием, вынослив и меток. Леонардо Грассо никогда меня не отпустит.
Водитель повернул к Джакери, а я наблюдал, как капли дождя стекают по стеклу. Поэтому сосредоточился на них, выбрасывая из головы посторонние мысли, чувства и эмоции. Теперь я бездушная машина для убийств. Профессиональный наёмник.
Машина остановилась возле огромного дома, который я прекрасно знал. Я толкнул дверь, и вышел из машины. Сумку с вещами оставил внутри, потому что следующая остановка это взлетно-посадочная полоса, где будет ждать частный самолёт Грассо, чтобы доставить меня на место назначения.
Парадная дверь открылась, и за ней показался дворецкий этого дома. Я смял ткань своей толстовки, проходя мимо мужчины, и даже не удостаивая того взглядом. Мои кроссовки пачкали идеально чистый пол, пока я шёл по коридору ведущему в кабинет Леонардо. Возле массивной двери из красного дерева, стоял личный телохранитель Дона, известный тем, что у него имя первый. Он выглядит весьма угрожающе, и я бы боялся его, если бы не знал, что могу всадить ему пулю между глаз быстрее, чем он смог бы добраться до меня.
Первый открыл дверь и кивнул в мою сторону, я согласно кивнул в ответ и прошёл в кабинет, при этом засунув руки в карманы спортивных штанов.
Леонардо сидел за столом, и держал в руках книгу. Я разместился напротив стола в кресле из темно-красного бархата, и только тогда он положил книгу на стол и посмотрел на меня своими карими глазами. Многие думали что они черные, если не знали этого человека.
Бездушные.
Глаза убийцы.
– Антонио.
– Босс, – кивнул головой в ответ.
Он налил себе в бокал виски, сделал глоток и заговорил:
– Есть работа.
– Готов, – слово так легко сорвалось с моих губ.
– Я не знаю этого наверняка, – его голос был ровным, а взгляд был направлен на бокал с янтарной жидкостью.
– Скажи и позволь уже мне судить об этом.
Воздух в кабинете стал тяжелее, и его взгляд впивался в меня.
– Моя жена и дочь, – сказал он, наблюдая за моей реакцией.
– Погибли, – ответил холодно.
– Нет, – он склонил голову набок. – Кажется даже не умирали.
– Не понимаю.
– Они живы, и сейчас находятся в Новом Орлеане, – он сдвинул брови на переносице. – У меня нет доказательств, что они находятся под защитой семьи Янг.
– Так накажите Янг, – каждое слово, как нож в сердце, но лицо не выражает никаких эмоций.
Он мотнул головой.
– Нет, это сильные противники. Особенно сын главы Нового Орлеана, – он усмехнулся и снова сделал глоток. – Он сущий отморозок, поэтому нет. Но мои жена и дочь живы, а это не то, чего я хочу, Антонио.
Я молчал, а он не ждал моего ответа.
– Есть люди, которые верят в их смерть, – он выдвинул ящик и достал оттуда пистолет. – Так и должно оставаться, – пистолет заскользит в мою сторону. Взгляд следовал за ним. Это был Кольт М1911, 45 калибра.
Я снова посмотрел на Леонардо, и его глаза казались ещё холоднее и темнее. В них не было ничего человеческого.
– Твоя задача убрать Марту и Доротею. По одному выстрелу на каждую. Не промахнись.
Я сделал глубокий вдох, не отрывая взгляда от пистолета. Взяв его в руки, предварительно не задевая курок. И он вдруг стал таким тяжелым, словно в моей руке тонна гранита. Он прав, я не был готовым.
Положив пистолет обратно на стол, я ощущал пристальный взгляд Леонардо. Он следил за каждым моим движением. Затем поднялся с кресла и посмотрел ему в глаза.
– Самолёт готов. С аэропорта отправишься в Севент Уорд – это единственный район, который не принадлежит семье Янг. Севент Уорд считается независимым. Тебя встретит наш человек, – он наклонился вперёд и сцепил руки в замок. – Три дня на исполнение задания.
Я кивнул и засунул пистолет за пазуху. Молча вышел из кабинета.