Успехи дочери в учёбе и модельном бизнесе его нисколько не интересовали. За все годы раздельного проживания он ни разу не попросил позвать к телефону Юту, чтобы услышать её голос. Она отвечала ему тем же, лишь изредка присылая ему смс-сообщения с просьбой кинуть маме денег на карту. Он писал в ответ: «Сколько?». В ответ она всегда отправляла сумму. Через минуту звякал мамин телефон, оповещая её, что деньги пришли. Очень скоро Юта поняла, что он так никогда и не спросит, как её дела, потому что ему откровенно без разницы. С того момента сообщения сократились лишь до цифры. К чему лишние слова, если с этим человеком её связывает лишь денежная сторона вопроса?
В этот раз отец удивился сумме, которую ему озвучила бывшая жена в телефонном разговоре. Но без лишних слов перевел всё до копейки, предупредив, что настойчиво не желает слышать звонки от них ближайшие пару месяцев.
И вот теперь в бумажном пакете лежало роскошное бархатное платье, которое стоило в три раза дороже гардеробной, в которой оно будет висеть. Глядя на чудесную ткань, уголок которой торчал наружу, Юта ощутила себя самым несчастным человеком на свете. Долгожданная покупка не привнесла в душу девушки ни-че-го. Внутри по-прежнему шевелилась огромная чёрная пустота, заполненная вакуумом. Она затягивала вовнутрь все человеческие эмоции, оставляя после себя лишь звенящую тишину.
Прижавшись затылком к стальной стенке остановки, Юта погрузилась в свои мысли. Очередная порция людей загружалась в автобус. Большой человеческий конвейер. Бесконечно по кругу продолжается каждый день одно и то же. Задолго до её рождения начал ходить общественный транспорт. И спустя тысячи лет после её смерти ничего не изменится. Утром из дома. Вечером домой. Для чего живут люди? Ради чего они поднимаются по утрам со своей постели?
«Зачем лично я, вообще, тут нужна? Что изменится, если меня не будет?» – думала она, наблюдая за пассажирами автобуса.
Рука плетью повисла вниз. На её кисти свободно болтался драгоценный бумажный пакет, который она задумчиво пинала носком сапога. Ради содержимого этого пакета Юта трудилась два летних месяца почти без выходных в потном костюме садового гнома. Через крохотное окошко в приветливо разинутом рту ростовой фигуры не было видно ничего, кроме пятачка пространства прямо перед собой. Она размахивала дешёвыми листовками, обсыпанными сухими блёстками и зазывала народ посетить дачный магазин. Блестящие крошки летели во все стороны, и это выглядело празднично и нарядно. Любуясь в маленькое окошко в костюме садового гнома улыбками детишек, тычущих в неё пальцами, Юта каждый момент своей сложной работы представляла себя в фиолетовом бархатном платье. В своих мечтах она крутилась перед зеркалом, счастливо улыбаясь себе самой. Потом она выходила из дома и ловила на себе восторженные взгляды прохожих. Шла две остановки пешком, чтобы все окружающие заметили её прекрасное платье. Поднималась по широким ступеням и входила в лицей походкой принцессы, и все парни ложились штабелями к её ногам, очарованные неземной красотой.
Уголок роскошного платья небрежно торчал из пакета. А Юте хотелось рыдать от одиночества и травли, которую устроили ей собственные одноклассники. Неделю назад они восхищались ею и внимали каждому слову. Неделю назад она была самой популярной девушкой в школе, с которой хотели встречаться и уроды, вроде Солитёра и красавчики, как зеленоглазый Винс. Теперь все они объединились против неё. На уроках сыпали ей в волосы шелуху от семечек, а на переменах заталкивали в мужской туалет и держали двери, чтобы она не смогла оттуда выйти. Глотая слезы на подоконнике, она терпеливо ждала, когда прозвенит звонок на урок и все эти «народные мстители», наконец, разойдутся по классам, чтобы и она смогла покинуть ненавистный мужской туалет.
Сейчас она никто. Презираемая и гонимая всеми, кем раньше не дорожила, считая их низшим плебейским стадом. Теперь это стадо восстало против неё, и Юта в полной мере оценила, на что способна толпа тех, чьи мысли настроены на одну волну. Никогда человек не сможет выжить в одиночестве, особенно, если против него враждебно настроены массы. Они способны задавить количеством. Листая комментарии на канале Макса, Юта не смогла сдержать слез. Все те, кто раньше писали ей настоящие хвалебные оды, превратились в ярых хейтеров. Обливая помоями всю её семью, они, кажется, получали огромное моральное наслаждение от своего гадкого поступка. Макс подчищал комментарии, но ненавистники Юты превосходили его числом. Дошло до того, что ему пришлось закрыть комментарии. Но это не значило, что все эти люди замолчали. Лишившись возможности писать, они заговорили. В спину. А осмелев, и в лицо.