Мик: «Нашёл только эти. Где каждый из нас маленький, и наше общее фото, которого ни у кого, кроме нас, а теперь ещё и тебя, нет.»
Миа: «Спасибо огромное.»
Мик: «Спасибо в карман не положишь. А вот услуги личной домработницы...»
Миа: «Что, прости?!»
Мик: «Шучу. Просто замолви хорошее слово за мной в статье. Договорились?»
Миа: «Окей.»
Мик: «Доброй ночи.»
Миа: «Пока.»
С улыбкой я начала рассматривать эти фотографии. На первом фото были изображены светловолосый кучерявый мальчик с огромными голубыми глазами и с великолепной улыбкой, а рядом с ним стояли двое взрослых, те с огромной любовью смотрели на него. В нём я узнала Мэйса. Рядом с ним стояла девчушка, что с обожанием смотрела на него. Её золотистые волосы спадали на плечи, а рука была сплетена с рукой Мэйса. Только вот тот не смотрел на неё так в ответ. Так ей и надо. Следующая фотокарточка содержала в себе мрак и халатность. В этой плёнке были изображены хмурый мальчик, что был очень высок для своего возраста, он был худощавым и угрюмым, его родители, точнее отец, даже не смотрел на него, но с силой сжимал его плечо, сурово глядя в объектив. Что-то было опасное в этом снимке, опасность просочилась сквозь эту фотографию в меня, ведь я поёжилась. На третьей фотографии были запечатлены темноволосый мальчишка, что был очень похож на Мика, и его родители, отец, как я поняла, положил руку на талию матери, а другой рукой на плечо Мика, его мать положила одну руку на другое плечо мальчика, а другую оставила висеть в воздухе. Четвёртый снимок хранил в себе семью, что казалась счастливой, кроме мальчишки. На его щеке красовался порез или это царапина? Вероятно, разбил что-то. Но несмотря на это, он приобнял свою сестру за плечи и прижал к себе. Их родители смотрели на них с любовью, а отец мальчика выглядел немного строго и зло, глядя на парнишку. На последней фотографии были они все, только без родителей. Мальчики и те девочки. Тот хмурый мальчик смотрел с нежностью, на удивление, на сестру того парнишки с предпоследнего фото. Мик стоял рядом с девочкой, что была скорее всего Мелиссой, и мальчиком, что раннее не появлялись на фотографиях. Мэйс стоял рядом с парнишкой, что разбил вазу, а тот смотрел на парня рядом с сестрой. Смотрели в объектив только та светловолосая девочка, что была с Мэйсом на прошлой фотографии и девочка с мальчиком, которых не было на прошлых снимках. Так-так-так, значит они дружили ещё с детства. Интересно.
Довольно ухмыльнувшись тому, что Мик всё же прислал мне фотографии, я тут же начала вставлять их в свою статью. Пусть Мэрианн уронит свою челюсть, а я победно замечу это. Главное не забыть съязвить над этим. Написав в заметках головного мозга и отправив это в специальную папочку «На все случаи для мерзких сук», я вытянулась ещё раз и зевнула. Сохранив вордовский файл, я выключила ноутбук и пошла умываться перед сном. Правда, когда мой взор метнулся к часам, цифры на них показывали 5:33. Чудненько. С учётом того, что завтра мне в одиннадцать нужно быть в кафе «У Патча», чтобы встретиться с моей двоюродной сестрой – Кэтти. Идти туда от кампуса минут пятнадцать, значит выходить нужно в десять сорок. В общем, в десять нужно будет встать. Зевнув, я расправила одеяло и плюхнулась в уютное местечко. Глаза ужасно слипались, поэтому я очень быстро провалилась в царство Морфея.
Глава 7.
Не трудно было догадаться, что из-за плохого и короткого сна, я опоздаю на встречу с Кэтти. Впопыхах натягивая узкие тёмно-синие джинсы, белую хлопковую футболку и носки с кедами, я чертыхалась и придумывала отмазки. Хотя, думаю, моё опоздание не удивит сестру, поэтому беспокоиться об этом так сильно не нужно. Тем более, опаздываю я всего-навсего на десять минут. Ладно, пока я доберусь до кафе, будут все двадцать, но сейчас это не столь как важно.
Что касается самой Кэтти...
Не сказать, что мы подружки, скорее как с Эмбер, не более. Но она единственная, кто не осудил меня за Теодора. Ведь его все жалели, а меня бранили за совращение пай-мальчика. Только Кэтти с мамой меня поддержали, правда у меня есть подозрения, что она сделала это исключительно из-за любопытства и подробностей, которыми я её по своей глупости снабжала. Но сейчас это совершенно неважно, как и то, что приключилось с этим Теодором. Поговаривают, что после того случая он отбился от рук и стал плохишом. Его мамочка, наверное, ухнулась в обморок, когда тот заявился в стельку пьяным, с девушкой под подмышкой. Во всяком случае, мне приходится делится с Кэтти со всеми своими секретами, как и с мамой, только из-за того, чтобы она не растрепала обо мне и Теодоре колледжу. Я только устроилась на новом месте и не хочу, чтобы мои прошлые ошибки испортили моё будущее.