—И ещё, —говорит Мелисса колеблясь. —Не говори Майклу о том, что произошло на крыльце. Пожалуйста.
Я киваю и клянусь, я слышал её вздох облегчения. Что ж, так сильно мне ещё никогда больно не делали.
***
Уже далеко за полночь, но я до сих пор ворочаюсь и не могу заснуть. А всё проклятые Мелисса и Майкл и то, чем они занимались здесь. Мне бы не помешало выбросить из головы эти мысли, но я не могу. Не могу также и бороться с желанием написать кому-нибудь. И чтобы этот кто-то был с каштановыми волосами и округлыми бёдрами. Чёрт, мне пора лечиться.
Сбросив одеяло с кровати, я вскочил на пол и натянул спортивные штаны. Мне срочно нужно выпить воды – мне станет легче. Во рту сильно пересохло, а ноги так зудят, активно требуя прогулки или пробежки. Для пробежки поздновато, но пройтись туда-сюда по лестнице, никто не запрещал. Что касается того, чем я сегодня занимался. После того неловкого разговора с Мелиссой на втором этаже, мы упорно избегали друг друга. Мама конечно же заметила это, но не подавала виду. За что я ей безмерно благодарен. Всё таки моя мама реально крутая – всегда знает, что мне нужно и никогда не лезет не в своё дело. А главное, не докапывается со своими советами, как делают большинство мам. Может, это и ненормально, вот так вот не обращать внимание на тупые заскоки и поступки своего ребёнка, но меня это вполне устраивает, и я рад этой маминой черте.
Наверное, я сглазил сам себя, потому что на кухне увидел свою маму, что сидела с задумчивым видом и пила кофе. Я точно не мог сказать, о чём она сейчас думает, но прочитать эмоции на её лице достаточно легко. Ещё одна черта, которая не передалась мне от мамы, чему я очень рад – все тебя могут прочитать тебя как раскрытую книгу. А я же – замкнутый и мрачный. До Пируджи, мне конечно далеко, но прочитать меня точно никто не сможет. Вернёмся к маме, она была чем-то озадачена и подавлена. Надеюсь, это никак не связано с моим возвращением. Хоть она и заверила меня, что очень рада мне и совершенно не злиться, но всё же некие сомнения у меня имеются. Из моих раздумий меня вырвал мамин голос:
—Мик, что-то случилось? —Я быстро заморгал. Встрепенувшись, ответил:
—Что? Нет. Просто пить захотелось, —прохожу мимо неё и наливаю себе стакан воды из графина. —Ты в курсе, что пить кофе ночью нельзя? —Мама кивает. —Тогда в чём проблема?
Сажусь за стол и вопросительно смотрю на неё. Внимательно изучаю маму, стараясь прочесть причину такого нарушения. Мама никогда не пила кофе ночью. Скажу больше, она вообще никогда не пила кофе. Моя мама врач, поэтому следит за тем, что попадает в её организм. Ух, видели бы вы то, что происходило со мной, когда она учуивала запах сигарет и алкоголя. А ещё страшнее мне представить то, что будет со мной, если она узнает сколько литров водки я заливаю в себя по выходным.
—Дурная привычка выработалась, —успокаивающе улыбается она и отпивает ещё. Ясно-о-о. —А ты почему не спишь?
Я пожимаю плечами, твёрдо решив, что не буду смотреть ей в глаза – иначе она всё поймёт. Конечно, только мама может вот так вот меня читать, и всё, больше никто. Но я бы всё равно не хотел, чтобы она всё поняла и принялась меня жалеть. Не для этого я сюда приехал. Правда, мама и без моих глаз всё поняла.
—Сынок, мне не следовало им давать твою комнату на время проживания. Я ведь всё понимаю... —она на секунду замолкает, —то, как ты относишься к Мелиссе. То, что ты чувствуешь к ней... Тебе следует с этим разобраться.
—Я уже итак разобрался, —бурчу я, прекрасно понимая, что даже если я буду лгать, она мне не поверит. Поэтому отпираться смысла нет.
—Знаю я как ты разобрался, —бормочет она. —Мик, я хочу всего наилучшего для тебя, но с Мелиссой вы были бы очень чудной парой. Ей лучше Майклом.
—О, —просто произношу я, и мама тяжело вздыхает.
—Пора забыть Мелиссу и двигаться дальше. Тебе будет намного лучше, если на вечеринку, в честь их трёхлетия, ты придёшь не один.