Я обомлел. Если честно, я уже и забыл про эту вечеринку. Придти туда с кем-то? Ну уж нет! Я не собираюсь никому морочить голову, сам же знаю как неприятно быть на скамейке запасных. Но... Один же я туда тоже придти не могу, не хочу выглядеть полным лузером в их глазах, в её глазах. Но с кем мне пойти, чтобы эта та поняла, что между нами ничего быть не может, что моё сердце принадлежит другой?
—Ты можешь пойти с Клэр, —предлагает моя мама, как будто прочитав мои мысли. Она что, с ума выжила? С Клэр? Чтобы потом мне переломали все кости?
—Ага, только внуков ты потом не дождёшься вообще, —хмыкаю я, а мама вопросительно косится на меня. —Пируджи оторвёт мне все яйца.
—А я тебе их обратно пришью! —Она замолкает. —Да, с Клэр я погорячилась, но разве она не сошлась с каким-то там парнем в своей Австралии?
—Не знаю. Это их дело. Пусть сами разбираются, кто да с кем тусуется.
—А с Кейли? Она очень милая девушка, на днях встретила её. Выглядела она, правда, неважно, может подхватила чего-нибудь в Испании? Спросила, молчит, отмахивалась, что всё нормально. —Киваю:
—Доведу до Мэйса. —Мама нахмурилась и не одобрительно покачала головой, интенсивно жуя свою нижнюю губу. Неужто опять какие-то новости? Этого нам точно не хватало. На самом деле, я даже отвык от этого бешеного темпа жизни здесь. Когда я был маленьким, и папа был жив, наш район считался самым сумасшедшим, потому что каждый день у нас что-ниубдь да случалось. Ребёнок наелся винограда и не смог сходить по большому; у кого-то появилась любовница; кто-то залетел в шестнадцать; развод или же наоборот, женитьба. Хоть и находится с Мелиссой мне было трудно, но родное место я всё равно любил и буду любить.
—Мам, есть что-то ещё, чего я не знаю? —Она лишь покачала головой, как будто отмахивалась от Мэйса и Кейли.
—Вообще-то Кейли звонила Мэйсу, но тот не брал трубки. Ну, знаешь... он сказал, что ему пора двигаться дальше, а с надоедливыми звонками Кейли, как будто та была его ревнивой женой, она отпугивает лишь его девушек. В общем то, после этого она больше ему не звонила.
Я опешил. Что за хрень? Какого черта Мэйс ведёт себя, как долбанный кретин? У них была крепкая дружба, когда они были в детстве. Так что же поменялось сейчас? Неужто Мэйс подумал, что Кейли хочет лишить его всех привилегий, вроде девушки на одну ночь? Если даже это так, то по приезду в коттедж, я поговорю с ним. А ещё, пока я здесь, нужно поговорить с Кейли. Заодно пригласить на вечеринку, в честь Мелиссы и Майкла.
—Нужно будет поговорить с Кейли. Может, у них что-то случилось? —Мама снова качает головой, как недавно, когда собиралась сообщить о ссоре Мэйса и Кейли.
—Родители упекли её в дом, к ним теперь сейчас и не заглянешь, не говоря уже о том, что невозможно увидеть саму Кейли. Только сли случайно, во время её прогулок по саду.
—Это очень странно, —киваю я. Кейли всегда отличалась особенной слабостью организма. Она чаще всех болела и редко выходила на улицу. Поэтом они с Мэйсом чаще всего играли в доме, под строгим надзором её отца. Так что неудивительно, что Кейли снова заболела. Завтра же схожу её и проведаю.
Решаю сменить тему и спрашиваю:
—Ты прямо вся светишься, появился что ли кто-то? —Мама морщится и как всегда отчитывает меня:
—Тебе передалась ужасная черта от отца – говорить всё прямолинейно, —но тут её гримасу смещает слабая улыбка. —И да, кто-то определённо появился. Киваю и тут же делаю суровое выражение лица.
—Я надеюсь, что он тебя не обижает, как это делал Джаред? —Её бывший, Джаред, бил маму. Она, конечно же, не жаловалась мне и ничего не говорила, до тех пор, пока я не застал эту «потрясающую» картину и не выгнал этого хрыча пинком под зад. Мама кривится, но качает головой и отвечает:
—Нет, он заботливый и внимательный. Как-нибудь обязательно познакомлю.
—Избавь меня от этого, —со стоном вздыхаю я, мама лишь бьёт меня по руке.
—Мик!
—Ну, что? —Она качает головой, но в её глазах пляшут весёлые искорки. Круто вот так вот сидеть ночью с мамой на кухне, болтая и шутя обо всяких вещах. Мне этого точно не хватало.
—Он тебе обязательно понравится, —заверяет она и тепло улыбается. Дарю ей такую же улыбочку и украдкой смотрю на часы, что висели на противоположной стене. Почти три часа ночи. Н-да уж, ну мы и засиделись, конечно. Похоже мама тоже это заметила, потому что сказала: