— Нет, черт возьми! — Текс закричал, его голос был наполнен гневом. — Я лучше умру, чем увижу, как она дышит тем же воздухом, что и ты.
— Это. — Альфонсо отпустил мой подбородок и подошел к Тексу. — Можно устроить.
— Босс! — один из мужчин разговаривал по телефону вполголоса. — Босс!
— Что! — взревел Альфонсо.
— Проблема. — охранник поднял трубку.
Проклиная, Альфонсо вытер руки о тряпку с металлического стола.
— Хорошо, это даст вам время попрощаться.
Со смехом он последовал за охранником к двери. Я опустилась на стул Текса.
— Что тебе нужно?
— С тех пор, как ты принимаешь заказы? Гамбургер и картофель были бы убойными. — Текс вздохнул. — А, может, молочный коктейль? Да, я меняю свой заказ, шоколадный молочный коктейль.
— Текс. — мой голос дрожал. — Совсем не смешно. Я не могу, когда ты истекаешь кровью, когда ты можешь умереть.
— Я не умру. — сказал он глухим голосом. — Это ты Абандонато, что со мной может случиться?
Я неловко пошатнулась и схватила тряпку со стола, вытирая лицо.
— То же самое можно сказать и обо мне, какое дело до наследника Камписи?
Глаза Текса закрылись на короткую секунду, от его взгляда увеличивалось сердцебиение.
— Это важно.
— Это важно. — я кивнула, прикоснувшись тряпкой к его рту.
Я не была уверена, что, если отвяжу его, это не доставит нам неприятностей.
Я наклонилась и поцеловала его. Наши рты встретились в безумном поцелуе.
Он на вкус, как кровь.
Это означало, что он был жив.
Мой Текс был жив.
И он был моим.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ
Когда рушится мир, единственное, что вы можете сделать закрыть глаза.
Серхио
— Начни с самого начала. — Никсон мерил шагами комнату, размахивая пистолетом, который даже не стоял на предохранителе.
Когда он указал на мое лицо, я вздохнул и откинулся в кресле. Мы уже ищем, который час. И мы до сих пор ничего не обнаружили.
— Очевидно, что меня вырубили сзади. — бормотал я, смущаясь тем, что меня вообще вырубили, когда ко мне невозможно подойти близко.
Как Камписи смог пройти мимо наших людей, это заставило меня задуматься?
Никсон положил пистолет на стол и сел в кресло рядом со мной.
— Куда бы он их увез? Он не настолько глуп, чтобы убить их.
Лука и Фрэнк молча смотря на стол. Да, стол не собирался нам помогать. Может, они просто слишком стары для этого дерьма.
— Мо они оставят в живых. — я провел рукой по волосам.
В комнате стояла тишина, за исключением гудения холодильника и тиканье старинных часов в коридоре.
Чейз забарабанил пальцами по столу и достал свой телефон.
— У нее есть телефон?
— Учитывая мои особые навыки, ты не думаешь, что я уже просчитал все возможные пути ее спасения. — я старался сдержать свой голос. — У них нет телефонов, единственный способ вернуть их, это если мы будем ждать.
— Мы не можем ждать. — Никсон рычал.
Трейс положила руку на спину и начала успокаивать. Никсон размял руку и ударил кулаком.
— Нет возможности отследить ее. — я вздохнул. — Прости, Никсон. Мы должны подождать.
— Будем ждать, когда я скажу. — закричал Никсон.
— Хорошо, ты Босс. — я поднял руки в знак капитуляции.
Лука резко встал и вышел из комнаты, держа в руке сотовый телефон.
— Это всех бесит, Серхио. — пробормотал Чейз.
— Это не моя вина! — я закричал. — Я был там!
— Ты должен был следить! — Никсон ревел. — Какого черта ты делал! Наблюдал за чертовой комедией!
— Она была с Тексом! — я вскочил со стула. — Она была в безопасности!
— Она никогда не будет в безопасности с Тексом. — Никсон ткнул меня в грудь, толкая меня к деревянному стулу. — Никогда, ты понимаешь? С этого момента ты ее чертова тень. Я хочу знать, сколько раз она спит, сколько ресниц она теряет в час. Когда мы вернем ее, не если, а когда мы вернем ее, ее жизнь важнее твоей. Ты понял?
Закатить глаза было бы не уместным, но это именно то, что я хотел сделать. Вот почему я ненавидел работать в семье. Я прикусил язык, позволив себе успокоиться, прежде чем ответить ему.
— Я тебя понял.
— Хорошо. — Никсон поднял свой пистолет.
— Опусти это, пока ты не навредил себе. — прошептал Чейз, схватив за руку Мил и прошептав ей. — Все будет хорошо, Текс зверь.
— В этом-то и проблема. — вмешался Никсон. — Он зверь, которого я больше не могу контролировать.
— Ты этого не знаешь. — сказал Фрэнк. — Вы ничего не знаете о том, что произошло.