— Понятно.
— Не вставай. — Никсон толкнул меня ботинком в спину и сильно прижал к ковру. — Я прикончу тебя, если ты хотя бы взглянешь на нее с чем-нибудь, кроме безразличия. Ты меня понял?
Да, черт возьми, я понял его; его ботинок весил сто фунтов.
— Да, сэр.
— Ты работаешь на нас, а не на себя. Ты защищаешь нас, защищаешь девочек, и рассказываешь мне каждую чертову деталь. Да?
— Да, сэр.
Он убрал ботинок.
Я ожидал удара ногой в бок. Что я получил? Протянутую руку.
Сбитый с толку, я схватился за неё, когда он поднял меня на ноги.
Состроив гримасу, Никсон притянул меня к себе и обнял так крепко, что я почти перестал дышать.
— И еще одно. — хрипло сказал он. — Я так чертовски рад тебя видеть.
Я рухнул на него, смущенный тем, что у меня больше не было гнева в качестве щита — но поражение, такое количество проклятого поражения и сожаления, что я пах им.
Мне хотелось рыдать, хотелось обнять своего бывшего лучшего друга и извиняться до тех пор, пока мой голос не охрипнет, за вещи, которые я натворил? За жизнь, которую я вёл? Слова абсолютно ничего не значат. Все равно что бросать перья на встречу ветру и надеяться, что они долетят до Китая.
Слова не имеют никакой ценности, когда вы используете их всю свою жизнь причиняя боль людям, а не исцеляя их.
Так что у меня было действия.
И они увидят многое из этого.
Никсон отпустил меня и указал на кожаное сиденье напротив.
Я сел и наклонился вперед, внезапно почувствовав неловкость от напряженного молчания и уязвленного обмена репликами.
— Выглядишь ужасно. — Никсон ухмыльнулся и откинулся на спинку кресла, его кольцо в губе отразило часть света в темном кабинете.
Я ухмыльнулся.
— Ну да, побывал в аду, похоже, там не очень хорошо обращаются с такими парнями, как я, так что я вернулся с несколькими... шишками.
— Твои волосы каштановые, твой нос выглядит так, будто был сломан четыре раза с тех пор, как я тебя видел в последний раз, и круги под глазами больше, чем у Текса. Какого черта ты тут делаешь?
Я облизал губы.
— Ооо, знаешь, немного об этом, немного о том. — пожав плечами, я слегка расслабился на своем месте. — Я работал на Камписи, не мог выглядеть, как Де Ланг, поэтому позволил волосам отрасти и ввязался в несколько стычек, пытаясь доказать свою ценность.
— Сестра Текса? — я замер. — Феникс?
Сглотнув, я нервно облизал губы.
— Извини, да, она... в безопасности.
Одна только мысль о ней заставляла меня нервничать. Я должен был поблагодарить ее за сломанный нос и темные круги под глазами. Девушка никогда не спала и пыталась убить меня в первую ночь, когда я присматривал за ней.
— Имя?
— Бьянка. — черт, когда я произнес ее имя, все мое тело напряглось. — Но я зову ее просто Би.
Она ненавидела это прозвище, и угадайте что?
Вот откуда взялся сломанный нос номер два. Я давно научился не драться с девушками, не заставлять их чувствовать себя маленькими. И хотя мне было чертовски больно, когда из меня выбивали дерьмо, я позволил ей бить себя, и не сопротивлялся. Никогда. Отпор бы принес слишком много воспоминаний... воспоминаний, которые заставили меня чувствовать себя самим дьяволом. Так что я позволил своему носу сломаться, зная, что это будет намного больнее, чем болезнь в моей душе.
Никсон почесал затылок.
— Черт возьми, нам нужно с ней встретиться.
— Не сейчас. — быстро ответил я. — С учетом предстоящей Комиссии, нам придется держать ее в укрытии, пока Альфонсо не исчезнет из поля зрения.
— Есть идеи, где он может находится?
— Нет. — честно ответил я. — Но могу узнать, я все еще знаю некоторых из его людей, и деньги заставят их заговорить... сильно. Деньги и виски, которые, к счастью, у Луки имеются в избытке, поэтому обычно я неплохо справляюсь.
— Хорошо. — глаза Никсона сузились. —И... со всем остальным, с Мил и Чейзом и... со всеми нами, я имею в виду, у тебя все в порядке? Тебе нужно... — он поднял руки в воздух и отвел взгляд. — Тебе нужно с кем-нибудь поговорить?
Я улыбнулся, Никсон был таким крутым, но было забавно, как Трейс помогла ему, и он вероятно, даже не осознал этого. Она не сделала его мягким, просто... более чувствительным к вещам, на которые ему обычно было наплевать.
— Нет, чувак, все действительно хорош. Лука мне очень помог.
— Никогда не думал, что произнесу эти слова до прошлого года. — Никсон выругался. — Но я понимаю. — он встал.
— Ладно, поспи немного.
Я встал и направился к двери, потом остановился и обернулся.