— Никсон?
— Да?
— Она счастлива?
— Кто?
— Мил.
Никсон хлопнул меня по спине.
— Так счастлива, что я надеваю беруши ночью, когда мы останавливаемся по соседству с ними в отеле.
— Слишком много деталей. — проворчал я.
Смеясь, Никсон пожал плечами.
— Эй, ты спросил.
— Я очень рад.
— Я тоже. — его лицо потемнело. — Потому что, если Чейз в ближайшее время не схватит кого-нибудь или что-нибудь, я выстрелю ему в лицо и закопаю его тело в озере.
— Ты ведь шутишь, правда?
Никсон слегка подтолкнул меня к двери.
— Я никогда не угрожаю кому-то, если только не собираюсь это выполнить. Спокойной ночи, Феникс.
Дверь захлопнулась у меня перед носом.
Я уставился на дерево, ожидая, пока его скрытая угроза дойдет до меня. Он убьет меня, если я хоть раз неправильно посмотрю на Трейс, и самое печальное, что я хочу этого.
— Как все прошло? — сказал Чейз из кухни, держа в руках открытую пачку с чипсами и пожирая их, будто он сидел на очищении в течение последних двух месяцев.
— Потрясающе.
— Ненавижу офис. — Чейз вздрогнул. — Клянусь, у него имеются тела, похороненные под стулом, один раз я спросил, и он засмеялся, не отрицая этого.
— Ты говоришь больше, чем я помню. — я посмотрел на читос и чуть не подавился.
Я ненавидел все вредное.
Возможно, именно это и происходит, когда ты умираешь и возвращаешься к жизни, у тебя есть эти странные причуды, которых раньше не было.
Раньше я любил нездоровую пищу, теперь?
Ел капусту и шпинат и презирал все, что было сделано, а не выращено. Да, я просто сошел с ума. Я даже торт ненавидел.
— Я говорю, потому что звук моего голоса так заводит твою сестру, что она не может видеть прямо. — он сунул между передними зубами читос и прикусил его.
— Мерзавец. — я фыркнул.
— Она назвала меня так вчера ночью, но думаю, это была шутка.
Я сжал кулаки.
— Черт. — Чейз покачал головой. — Так много контроля на данный момент, не уверен, должен ли я дать тебе пятюню или спросить, что, черт возьми, произошло.
— Я умер, вот что произошло, осел.
— Белая лошадь. — Чейз щелкнул пальцами. — Где она?
Я скрестил руки на груди.
— Не скажу.
— Чувак, ты хоть понимаешь, как сильно она ее хочет? Я парень мечты, и должен найти ее.
— Нет. — я подошел к холодильнику и достал бутылку воды. — Думаю, я позволю тебе немного помучиться, если ты действительно парень мечты, то найдешь ее и без моей помощи.
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ
Говорят, лучше всего целовать губы, имеющие вкус слез — Неизвестный
Мо
Мое сердце забилось так быстро в ожидании, что Текс начнет смеяться или пошутит.
— Значит, мы перешли от одного к двум? — сказала я, задыхаясь, лежа поперек его груди, прижавшись спиной к его животу.
— Да.
— И..
— Я делаю то, что должен, чтобы защитить тебя.
Мое сердце сжалось.
— Хочешь сказать, ты делаешь то, что должен делать сын мертвого Босса Мафии... делаешь то, что должен делать парень с сестрой в обеспечении безопасности, верно Текс?
Он вздохнул.
— Верно.
— И это приводит нас?
— К «прощай.»
— Так вот оно что. — мой голос дрогнул. — Вне зависимости, что я скажу? Вне независимости, что сделаю?
— Два часа, и тогда тебе не придется беспокоиться о моем услышанном голосе на другом конце провода, Мо.
— Что, если я хочу? — вентилятор на потолке вращался кругами, игнорируя каждый укол боли, пронзавший мою грудь при словах Текса.
— Я не буду звонить Мо, ни через два часа, ни вообще никогда. Не буду отвечать на твои сообщения, не буду доступен для тебя. Для этого мы должны расстаться навсегда.
Мои зубы сжались.
— Я устала от мужчин, которые говорят мне, что для меня лучше.
— Два часа. — он провел руками вверх и вниз по моим рукам. — Принимай или уходи, но я настоятельно советую тебе принять это.
— Ибо ты собираешься взорвать мой мозг?
Его теплое дыхание щекотало мою шею, когда он наклонился и поцеловал меня ниже уха.
— Да, что-то вроде этого.
— Два часа. — повторила я, сползла с его избитого тела и направилась к двери.
Когда я щелкнула замком, то поняла, что пути назад нет. Я буду любить его так сильно, как только может любить мое сердце.
И я отдала бы ему свое сердце на хранение, зная, что никогда не смогу найти кого-то, кто любил бы меня так глубоко и широко, как Текс. Вот и все.