Как только мы закончили, я понял, что все кончено.
Я знал, что в будущем меня ждет не любовь всей моей жизни, а брак по расчету с незнакомой девушкой, которая вернет Семью Камписи в надежные круги.
Власть — все было о власти. Являться частью Мафии, все равно что играть в шахматы, где не знаешь, ферзь ты или пешка, пока не станет слишком поздно, пока не проиграешь всю партию или не выиграешь.
Я не был уверен, что одержу победу.
Но уверенный в возможности попробовать.
— Эй. — Би подошла ко мне и коснулась моей руки. — Думаешь, мы сможем поговорить?
— Да. — хрипло сказал я. — Давай выйдем на задний двор.
Я взял ее за руку и повел на задний двор. Вечер был холодный, но Никсон включил обогреватели на случай, если мужчины захотят выйти на улицу и покурить.
— Так. — она стояла под обогревателем, скрестив руки на груди. — Ты мой брат.
Моя улыбка была вымученной. У меня не было никакой связи с этой девушкой, никаких воспоминаний о ней, она была чужой, но я бы умер за нее. Абсолютное безумие, охватившее меня при мысли о ее безопасности, даже не было логичным. Я просто знал, что убью за нее, не задумываясь.
— Это я и есть.
— Ты высокий.
— В детстве ел много шпината. — пошутил я.
Она щелкнула пальцами.
— Верно, я никогда не любила овощи, всегда скармливала их собаке.
— Вот почему ты меньше меня.
Она усмехнулась.
— Да, это не имеет никакого отношения к тому, что я девочка.
— Девушка. — поправил я. — Ты уже совсем взрослая.
— Ты...? — она пожевала нижнюю губу и сделала неуверенный шаг вперед, стуча каблуками по дереву. — Ты вообще меня помнишь?
Я вздохнул, почесывая затылок.
— К тому времени, как ты родилась, меня уже давно не было, Би. Мне жаль.
Ее брови на мгновение нахмурились.
— Да, мне тоже. Неплохо с кем-нибудь общаться.
Чувствуя себя неловко, я откашлялся.
— Ну, я уверен, у тебя были друзья, верно?
Ее взгляд был недоверчивым.
— Друзья? Дорогой брат, мне пришлось искать определение этого слова, когда мне было шесть лет, и я увидела телешоу о ночевке. Папа никогда никуда меня не водил. Почти уверена, что единственная причина, по которой я выжила, заключалась в том, что мама так отчаянно защищала меня, не хотела потерять еще одного ребенка и все такое.
Боль пронзила мою грудь. Каково это, если родители так отчаянно заботились о тебе? Я не знал. Никогда бы не узнал такой любви.
В моей голове мелькнул краткий образ Мо.
Это была совсем другая любовь, и ее больше не было.
— Ты что-нибудь слышала о ней?
Би покачала головой.
— После того как Феникс взял меня под свою защиту, я была отрезана от всей семьи... Феникс боялся, что Альфонсо попытается использовать меня, чтобы добраться до тебя.
— Умно. — я вздохнул. — Думаю, я многим обязан Фениксу. Он никогда не прикасался к тебе, верно?
Би фыркнула от смеха.
— Ты шутишь? Клянусь, я спрашивала каждый день, гей ли он, когда он был со мной.
Да, держу пари, Феникс ненавидел это.
— Значит, он не трогал тебя?
Щеки Би порозовели.
— Он даже не замечает меня.
Да, я сильно сомневался в этом. Феникс, возможно, побывал в аду и вернулся, но он все еще был мужчиной, а моя сестра не была ребенком. Черт, мне и так было нелегко позволить ей надеть коктейльное платье на публике.
Прочистив горло, я отвернулся.
— Ты останешься здесь.
— Здесь? — она повторила. — В Чикаго?
— Здесь. — я облизал губы. — Со мной и с Абандонато, пока я не займу свое место.
Плечи Би опустились, когда она рассматривала свои ногти, почти пытаясь казаться равнодушной ко всему этому.
— Так вот что ты собираешься делать? Пойти по стопам Даддио и послать нас всех к чертовой матери?
— Нет — отрезал я.— Я собираюсь все исправить.
— Но...
— Оставь это. — предупредил я. — Я позабочусь о твоей безопасности и все исправлю.
— Значит, теперь ты супермен? — еще один шаг в мою сторону, и наконец она положила голову мне на плечо. — Я всегда любила этот плащ.
— Нет... — я обнял ее одной рукой. — Супермен нашел бы лучший способ сделать то, что я должен совершить.
— И что же?
— Убить много людей.
— О. — она совсем не съежилась, а прижалась ближе к моему боку. — Просто сделай мне одолжение?
— Что угодно.
— Не убивай Феникса.
На это я рассмеялся.
— Нельзя убить того, кого не хочет дьявол. — она напряглась. — Я что-то не так сказал?