Я сидел с Дебби в кафе «У Ника», на углу Невского и Владимирского, пил пиво и не мог прийти в себя. Мои отпечатки пальцев! Откуда?! Бред, в сотый раз повторял я, но ситуация от этого не становилась понятнее. Дебби посмотрела на часы. В полпятого мы договорились встретиться здесь с парнями. Было уже почти пять, а парни задерживались. – Какой-то ты сегодня… У тебя неприятности? Я кивнул и пригубил из кружки. – На работе? – Нет. Не на работе. Сегодня я разговаривал с капитаном Тихорецким. – И что?.. – И он сказал, что на топоре найдены мои отпечатки пальцев. – Shit! На том самом топоре?! Откуда?! – Понятия не имею. – И что ты по этому поводу думаешь? Я сказал, что я по этому поводу думаю. Дебби попросила меня больше не произносить при ней таких слов. – Но я надеюсь, капитан не считает тебя убийцей? – Я тоже на это надеюсь. Он попросил послезавтра зайти к нему. – Боишься? – Чего? Дебби допила пиво, поставила кружку на стол и вынула из кармана сигареты. – Я так и думала, что ты спросишь – «чего?». Мне кажется, что такие парни, как ты, никогда и ничего не боятся. – Что, по-твоему, я должен ответить? – Ты чего-нибудь в жизни боишься? Дебби прикурила и посмотрела на меня. Я по-честному подумал и сказал: – Раньше, когда я жил с женой, очень боялся, что она будет мной недовольна. – А теперь? – А теперь у меня нет жены. – Я не знала, что ты был женат. Мне казалось, что такие парни, как ты, не должны жениться… – Дурацкое выражение «такие парни, как ты». Мы помолчали. – Расскажи, что там у тебя произошло с женой. Почему вы расстались? – Н-ну… это был так давно… И вообще этого не было. Я пошутил. Купить тебе пива? Я сходил к стойке и заказал еще две «Балтики». Когда я вернулся, Дебби смотрела в окно и молча курила. В «Нике» огромные окна, через которые видно все, что происходит на два квартала вокруг. – Знаешь, Стогов, я все утро думала о том, что ты сказал мне вчера в галерее… Ну, насчет того, что тебе не хотелось бы со мной спать… Ты ведь действительно совсем меня не знаешь. – Не знаю. – И ты единственный парень, которому я довольно откровенно предлагаю переспать, а он отказывается. Я отхлебнул пива и решил, что ответить мне нечего. – Вчера я, честно скажу, расстроилась. Решила, что со мной что-то не так. Приехала домой, легла и долго не могла уснуть. В каждой стране свои представления о женской красоте. Европейцам нравятся длинноногие девушки, а китайцы считают, что длинные ноги – признак уродства… Я перечитала, что писал по этому поводу немецкий социолог Эрнст Марлингер, и подумала, что, наверное, у русских я просто не вызываю тех же эмоций, что у ирландцев… – На самом деле все не так. На самом деле ты очень красивая девушка. Любой парень был бы рад встречаться с такой девушкой… – Но не ты? – Но не я. – То-то и оно. Я стала вспоминать все, что знаю про тебя, и решила, что национальный менталитет здесь ни при чем. Проблема не во мне, а в тебе… Я прикурил и сказал: – Точно. Я пускал дым кольцами, а Дебби по-прежнему смотрела в окно. Парни опаздывали уже на сорок минут. – Знаешь, Стогов, я просто хочу, чтобы ты знал – такие парни, как ты, никогда мне не нравились. – Если честно, мне они тоже не нравились. – Это все, что ты хочешь сказать? – Нет. Еще я хочу сказать, что если бы я был твоим редактором, то обратил бы внимание, что ты слишком часто употребляешь одни и те же выражения подряд. С точки зрения стиля это не хорошо. – Ты невыносим. Я понимаю, почему ты не можешь жить с женщиной. Ни с женой, ни с подругой. Тебе нравится строить из себя супермена. Крутого мужика, для которого работа и алкоголь всегда важнее, чем подруга жизни. Но придет день, когда ты пожалеешь об этом. У тебя уже сейчас нет друзей. Нет семьи. Ничего нет! Только твоя работа и твой алкоголь! Отличная компания для супермена! Дебби выпила всего две кружки «Балтики», но казалась непропорционально пьяной. Она горячилась, с трудом подбирала русские слова и, наверное, воспринимала эти банальности всерьез. Я следил, как тает в воздухе дым от моей сигареты, и прикидывал, как бы мне попрощаться с девушкой и поехать домой. Именно в эту минуту в зал ввалились парни. – Hi, guys! Оба ирландца были насквозь мокрые и запыхавшиеся. Они, перебивая друг друга, извинялись, объясняли, что заблудились, перепутали троллейбус и что-то еще. Я был рад, что они появились, потому что выносить общество Дебби больше не мог. Брайан повесил куртку на плечики, закурил и спросил, что мы пьем. – «Балтику». Очень рекомендую. – Почему вы оба такие хмурые? Когда на улице льет, как сегодня, а вы сидите в тепле, пьете пиво и болтаете с приятными людьми, то нужно светиться от счастья и с каждым тостом благодарить Бога за такое везение. – Дебби считает, что я слишком мало люблю людей и слишком много пью алкоголя. – А сколько это – много? – Не знаю… Дебби, «много» – это сколько? – Вам бы только поржать. Мартин принес себе и Брайану по кружке пива, и парни поудобнее устроились на своих стульях. – Это очень интересный вопрос: сколько может выпить средний человек? Иногда я могу литрами пить виски. А в прошлом году выпил пять кружек пива, пошел в гости к девушке – и весь газон ей заблевал. – Да-а… Парадокс. – У нас в Корке есть один
9