бар, называется «Крейзи Пет». Очень известное место. Там устраивают такой аттракцион. Какая-нибудь девушка залезает на стол, встает на четвереньки и задирает голову вверх. А бармен вставляет ей в рот шланг. Наверху у этого шланга есть особая широкая воронка, и, когда девушка говорит, что готова, бармен разом заливает в эту воронку два-три литра пива. Шесть кружек обрушиваются девушке в желудок. Это очень веселое зрелище. – И что происходит с девушкой? – Парням приходится вызывать им «скорую». Самое удивительное, что желающие все равно находятся. – Да-а. Девушки в плане алкоголя – народ слабый. Дебби сказала: – Я не думаю, что девушки менее выносливы, чем мужчины. Парни жалостливо улыбнулись и промолчали. – Чего вы улыбаетесь? Если бы я выпила шесть кружек темного пива, то могла бы еще и вас всех по домам развезти. – Никто не сомневается. Только лично для меня шесть кружек пива – это повод лишь начать вечеринку. Я за вечер могу выпить и двенадцать кружек. – Ты? Двенадцать кружек? Темного пива? Дебби, ты этому веришь? Я – нет! Вряд ли ты выпьешь больше десяти. – Выпью! – Десять – это доза для девушки. Десять и я могу выпить. Я молча наблюдал за тем, как растут ставки. Зрелище было комичное. – Стогов! А ты чего молчишь? – Не рискую влезать в разговор профессионалов. – Ты русский? – Русский. – Русские – всем известные пьяницы. Сколько ты можешь выпить за вечер? – Ты меня не путай. Всем известные пьяницы – это ирландцы. А за вечер я могу выпить столько, сколько мне хочется. Каждый раз по-разному. – Слушайте, парни – у меня идея! Раз вы все кричите, что можете выпить море, то давайте устроим конкурс. – Я ни о чем не кричу. Сижу. Пью свое пиво. – Стогов, ты сдаешься без боя? – Типа того. – Конкурс – это отличная идея. У нас будут две национальные команды – русские и ирландцы. – И две половые команды – молодые люди и девушка. – Хорошо. А какие будут правила? – Купим пива и чипсов. Все вместе будем выпивать по кружке за раз. Кто первый свалится, тот и проиграл. – Унылая затея. Сидеть накачиваться пивом… – Предложи получше. – Предлагаю. Поступим иначе. Этот проспект называется Владимирский. Весь он, отсюда и до конца, застроен барами, пабами, кафешками и ресторанами. Их здесь, наверное, больше двух дюжин. Давайте подойдем к конкурсу с фантазией… – Давайте-давайте! – В каждом кафе мы будем выпивать по пятьдесят граммов водки, запивать ее кружкой пива и переходить в следующее. Кто доберется до конца проспекта, тот и выиграл. – Я посмотрел на Дебби и добавил: – А кто вырубится первым, тот платит за выпивку. Как бы они ни кричали «десять кружек! двадцать кружек!», однако мое предложение заставило их задуматься. Мартин почесал подбородок: – Затея для настоящих мужчин. – А я вот согласна! Брайан сказал, что тоже согласен. Но только с одним условием: – Пить водку – это нечестно. Это даст тебе, Илья, преимущество. Ты давно пьешь водку и успел к ней привыкнуть. Давайте лучше пить виски. – Я не против. Только не факт, что во всех кафе есть виски. Мы все-таки не в Ирландии. – О’кей. Давайте чередовать – один раз виски, один раз водка. В кафе «У Ника» виски имелось. Поэтому мы начали с пятидесяти граммов «Фэймос Граус» и запили «Балтикой». Парни выпили залпом и не морщась, а Дебби вспомнила, что, пока мы их ждали, успели выпить несколько кружек. Поэтому нам должна быть дана фора. Мартин сказал, что поражение ей может быть засчитано прямо здесь, и в конце концов она тоже выпила. Мы натянули куртки и переместились за стену, в безымянное кафе всего с парой столиков и липкой стойкой. По дороге Мартин просветил меня насчет того, что «Фэймос Граус» – это шотландский напиток. Тоже кельтский, но все же не то. В безымянном кафе виски не было. Мы, не раздеваясь, выпили водки, в три глотка одолели пиво и отправились дальше. Барменша проводила нас диким взглядом. Дальше располагалось бистро «Скорая помощь». Мы зашли, попадали в кресла и закурили. Кресла в «Скорой помощи» были настолько глубокие, что я сомневался: а будет ли меня видно из-за подлокотников? Брайан спросил у официантки: – Виски есть? – Есть. – Ирландские сорта? – Кто их знает, какие сорта. Виски как виски. «Джонни Уокер» есть, «Джек Дэниэлс», «Сто волынщиков»… – Четыре по пятьдесят «Волынщиков». И четыре пива. – Есть будете что-нибудь? – Не до еды, девушка. Несите виски. Я покрутил в руках стаканчик с салфетками и сказал: – Раньше, лет десять назад, во всех кафе города стаканчики под салфетки были одинаковыми. Такого мерзкого желтого цвета. Внизу узкие, наверху пошире. – И чего? – Как-то я пошел на интервью, а потом зашел съесть пиццу в очень дешевое кафе. Что-то вроде фаст-фуда. Стою ем. И тут в кафе заходит мужчина и держит в руках бутылку водки. Маленькую, емкостью четверть литра. – Бывают такие? – Дело было во времена борьбы с алкоголизмом. Почти «сухого закона». Водку купить было невозможно. А этот счастливчик где-то достал. И собрался ее выпить. Мужчина прекрасно понимал, что чувствуют зрители. И старался растянуть удовольствие. А для этого выпить водку не залпом из горлышка, а по-человечески – из стакана. Он подошел к столику и попробовал найти пустой стакан. Грязной посуды на столике было навалом, а вот стакана не было. Все кафе напряженно за ним следит. Ирландцы курили и внимательно слушали мою историю. – Тогда он театральным жестом выкинул салфетки (мужчины замерли), медленно открыл бутылку (окружающие сглотнули) и вылил водку в этот стаканчик (мужчины, которые обедали рядом, чуть не потеряли сознание). Некоторые месяцами не видели водки, а тут такое шоу… Мужчина ухмыльнулся, обвел кафе взглядом, взялся за стакан и чуть не поседел: стаканчик оказался привинченным к столу. Он дергает – стаканчик не двигается даже на миллиметр. Мужик в панике пытается наклонить стол – стол намертво вцементирован в пол. Такая вот история. – Чем все кончилось? Выпил он? – Выпил. Схватил чайную ложечку, принялся вычерпывать водку из стакана. – Фу, какая гадость! – Нужно было пить водку прямо из горлышка. – Из горлышка пить – дело чреватое. Когда я учился на втором курсе своего университета, то как-то решил выпить пива прямо на лекции. Купил упаковку «Туборга», сижу пью. Одну выпил, вторую, третью… А когда пил четвертую, у меня губу засосало в бутылку. Вот так. Брайан чуть не на десять сантиметров оттянул верхнюю губу, показывая, как именно ее засосало. – Присосалась намертво – ни туда ни сюда. Сижу как дурак, не знаю, что делать. Короче, минут пять сидел так. Потом надоело. Я дернул за бутылку: вы бы слышали! Хлопок был – как от выстрела «Авроры». Лектор едва свою вставную челюсть от испуга не потерял! Меня тогда чуть из университета не выгнали, еле отвертелся. Так что из горлышка пить – то еще удовольствие. – Да-а… – Кстати, тот лектор был англичанином. – Скажи: «Ненавижу англичан!» – Ненавижу англичан! Мы допили свои напитки, забрали из гардероба одежду и отправились дальше. Дальше были небольшой, всего на десять мест, ресторанчик «Дон Корлеоне», чумазая забегаловка и кафе «На Владимирском». При входе в кафе Мартин зацепился ногой за порог и во весь рост растянулся на полу. Я бросился помогать Мартину подняться. Пьяная и жестокая Дебби смотрела на нас и громко смеялась. – Fuckin’ shit. Единственные нормальные джинсы испачкал! Где их в этой стране постираешь? – Сдавайся, пока не поздно, Марти. Если от следующего виски тебя стошнит прямо на стол – будет хуже. – Почему «единственные джинсы»? У тебя в номере джинсы валяются на каждом стуле. Я же видел… – Черных больше нет. Эти были одни. Остальные все голубые. Мы сели за стол. На официантку все смотрели так, словно перед ними личный враг. Официантке было велено принести пива и четыре по пятьдесят «Синопской». До конца Владимирского оставалось не меньше пятидесяти метров. И как минимум полдюжины кафешек. – Зачем тебе именно черные джинсы? Носи голубые. Это очень модно. Голубые джинсы подходят под цвет твоих глаз. – У меня карие глаза. – Носи коричневые джинсы. Мартин удивленно посмотрел на меня. Я и сам чувствовал, что несу чушь. – Я всегда одеваюсь только в черное. Понимаю, что это по-тинейджерски, но – привык. Меняться не собираюсь. Стиль такой: определенные цвета, определенная музыка… – Что ты слушаешь? – Разное… «Dead Can Dance»… Главное, чтобы это была мрачная, меланхоличная музыка. – Почему обязательно мрачная? – Модно. Все мрачное модно. – Дурацкая мода. – Не знаю… Мне нравится… Ношу черные джинсы, слушаю мрачную музыку… По-моему, очень цельный имидж. – Марти, ты просто пижон. Скажи еще, что ты занимаешься гарольдингом… – А чего? Занимаюсь… – Что такое этот гар… грол… Чем ты, Мартин, занимаешься? – Ты не знаешь, что такое гарольдинг? – Не знаю. Из умных слов на «гэ» я знаю гипертонию и геронтофилию… – Гарольдинг – это… Договорить он не успел. Официантка принесла поднос, на котором стояли высокие бокалы с надписью: «Пивзавод „Балтика“» и четыре стопки с притаившейся на дне водкой. Ирландцы тоскливо переглянулись. Мартин повертел стопку в руках, помрачнел и сказал ни с того ни с сего: – А вот Стогов считает, что Шона убил я… Брайан и Дебби уставились на меня. Я сказал, что самое время выпить и двигать дальше. Морщась и передергивая плечами, ирландцы выпили водку и сделали по паре глотков из пивных бокалов. – Не халтурить! Пьем до дна! Если бы человека можно было убить взглядом, то из этого кафе я не вы