Отлично. Моей женой станет красивая и сексуальная девушка, а не то уродливое недоразумение, которое зверь признал своей парой.
Я быстро добрался до храма, где в окружении лунного света меня ждала Арилия. Прекрасная, утонченная, в ритуальном брачном облачении, она смотрела на меня с восторгом и предвкушением.
Я гордо шел на встречу своей избраннице и старался выглядеть расслабленным и довольным, но какая-то неясная тревожность все же присутствовала во мне.
– Арилия, дорогая, ты великолепна. Ели сдерживаю себя, чтобы не разложить тебя прямо на священном алтаре, – прошептал девушке на ушко, как только оказался рядом. И ведь действительно, стоило мне только усыпить зверя, я снова смог чувствовать влечение к своей фаворитке. И это не могло не радовать. Значит, с той уродкой у меня не такая уж и крепкая связь. Возможно, мой тигр в скором времени смирится с моим выбором и перестанет тянуться к тому недоразумению, по ошибке оказавшемуся моей истинной парой.
– Мой господин, я готова на все ради вас, – сладострастно мурлыкнула моя невеста и порочно провела своим языком по манящим губам.
– Можете начинать обряд! – обратился я к застывшим возле алтаря жрецам.
– Как прикажете, Ваша Светлость, – прошелестели они хриплыми голосами и начали петь молитвы Богам Даронии на древнем языке.
Моя ладонь легла сверху подрагивающей от предвкушения ладошки Арилии на алтаре, который медленно начал нагреваться. Пение жрецов становилось то громче, то тише настолько, что было слышно собственное дыхание. Неожиданно тепло камня под нашими руками сменилось на обжигающий холод. Он стремительно разрастался и окутывал все помещение храма. У жрецов пошел пар изо рта, а мое дыхание стало тяжелее. Грудь сдавило жуткой болью, словно десятки отравленных стрел одновременно вонзились в тело.
– Что происходит, Детриан? – испуганно спросила Арилия. Она смотрела на меня широко распахнутыми глазами, в которых застыл страх и ужас. – Что с вашим…лицом?
– А-а-а-а-а, больно… – протяжно закричал и упал на колени.
– ТЫ ПОШЕЛ ПРОТИВ БОЖЕСТВЕННОЙ ВОЛИ, СМЕРТНЫЙ! – тяжелые властные голоса внезапно громыхнули, словно отовсюду сразу.
Меня скрутило от боли так, что я окончательно распластался на полу. Всё тело будто горело в огне. А перед глазами мелькали странные, неясные образы. Я кричал, задыхаясь от мучительных ощущений. Арилия упала рядом со мной на колени и с ужасом наблюдала за происходящим.
– ВНЕШНОСТЬ ДЛЯ ТЕБЯ ОКАЗАЛАСЬ ВАЖНЕЕ ЧИСТОТЫ И КРАСОТЫ ДУШИ! ТЫ С ПРЕЗРЕНИЕМ ОТНЕССЯ К НАШЕМУ ДАРУ! ОТРЕКСЯ ОТ СВОЕЙ ИСТИННОЙ ПАРЫ! ТЫ БУДЕШЬ ЗА ЭТО НАКАЗАН!
– Н-нет! Я не виноват! А-а-а-а-а…
– ОТНЫНЕ ТЫ БУДЕШЬ ЖИТЬ ВО МРАКЕ! ТВОЙ ЗВЕРЬ ТЕПЕРЬ ТЕБЕ НЕ ПРИНАДЛЕЖИТ! ТВОЯ ДУША ОБРЕТЁТ ПОКОЙ ТОЛЬКО С ПРОЩЕНИЕМ ТВОЕЙ ИСТИННОЙ ПАРЫ! ДА БУДЕТ ТАК!
Грозные голоса стихли так же неожиданно, как и появились. И мой мир в тот же момент погрузился в кромешную темноту.
Арилия
Самый счастливый день в моей жизни превратился в какой-то кошмарный сон. Я думала, что стану женой самого влиятельного и замечательного оборотня во всей Даронии, а в итоге… сбежала из храма, так и не завершив брачный обряд. Потому что мой жених стал самым настоящим уродливым монстром.
Мой избранник во время брачного обряда внезапно начал задыхаться и корчится от боли. Его прекрасное лицо покрылось жуткими красными шрамами, волосы на его голове будто сдуло порывом ветра, а глаза… его глаза выцвели, превратившись в бесцветные пустые шары. Он сломанной куклой валялся на холодном каменном полу и не подавал признаков жизни.
Жрецы каменными изваяниями застыли возле алтаря и не смели пошевелиться. А я… я не знала, что должна теперь делать. Судя по всему, сами Боги вмешались в наш брачный обряд, чтобы наказать Детриана. У него что, была истинная пара? И он от неё отказался, разгневав этим Богов? Зачем он от неё отказался и решил жениться на мне? Ничего не понимаю!
– Детриан? – осторожно позвала мужчину надломленным от страха голосом.
Он не отозвался. Не пошевелился. Только в холодном лунном свете удалось рассмотреть едва вздымающуюся грудь моего несостоявшегося мужа. Значит, живой. И ладно. Но проклятый муж мне не нужен. К тому же его лицо и тело утратили прежнюю привлекательность. Он походил больше на ожившего мертвеца. Настоящий уродец.